25 октября, 2021

Архитектор Иван Козмич Карташев (конец XVIII – начало XIX в.)

В истории архитектуры малых городов редко звучат имена архитекторов. Вспоминают имя заказчика или благотворителей, кто дал деньги на строительство, а имя архитектора назвать забывают. Изучение сохранившихся документов, связанных с гражданским и церковным зодчеством в посаде Клинцы, выявило несколько имен архитекторов. В данном сообщении речь пойдет об архитекторе Иване Козмиче Карташеве (1767 – до 1846 г.).

Первым, кто назвал Ивана Карташева «строителем клинцовских церквей», был миссионер Тимофей Верховский (Верховский Т. Стародубье. Ч. 2, с. 32). Тимофей Верховский имел на то основание, он был современником Ивана Козмича Карташева. В 1815 г. пятнадцатилетний Тимофей приехал в Клинцы, куда попечители Рогожского кладбища направили его отца служить в церкви Вознесения Господня. А прихожанином церкви был немолодой уже Иван Карташев.

В одноэтажном посаде Клинцы, с населением около трех тысяч человек, каждый знал обо всех, и все знали о каждом. Иван Карташев пользовался особым уважением, как архитектор, построивший на цвинтере (погосте) Вознесенской церкви самую высокую деревянную колокольню в России – таковой считали её клинчане. А иконы кисти И. Карташева уже украшали стены и иконостас Вознесенской церкви.

Колокольня Вознесенской церкви. Фото 1930-х гг.

Отец Ивана – Козма Федорович Карташев учил в Клинцах детей грамоте и был человеком не богатым. Козма Федорович скончался, когда старшему сыну Федору было 17 лет. В биографии Ивана Карташева и его четверых сестер и братьев удивительно то, что вдова учителя дала мальчикам высокое для своего времени образование. Федор стал книгоиздателем, а два младших брата Иван и Лавр – иконописцами.

Предметом гордости жителей посада Клинцы были громадные летние церкви Вознесенская и Троицкая, каждая о десяти главах.

Число десять – символ полноты, совершенства, символ законченности, символ здоровья, когда у человека в наличии десять пальцев рук. У христиан число десять связано с десятью заповедями Десятикнижия, притчами о десяти девах, о десяти лампадах, о десяти талантах, предание о десяти допотопных патриархах, о десяти жертвах Ветхозаветных и новозаветных, которые, по Иоанну Златоусту, «имеем мы в себе».

А рядом с летними храмами стояли тёплые зимние храмы, чуть пониже, но украшенные также десятью главами. Всего четыре храма и сорок куполов.

Колокольня Вознесенской церкви со стороны угла ул. Большой и Ковалевки. Фото 1910-х гг. Архив автора

Число сорок для христианина преисполнено глубоким сакральным смыслом. Сорок куполов напоминают историю Ветхого и Нового Завета: и сорокадневный потоп, и сорокалетнее странствование евреев по пустыне, и сорокадневное пребывание Моисея на горе Синай, и сорокалетнее правление Давида и Моисея, и сорокадневное пребывание Исуса Христа в Иудейской пустыне в посте и молитве, и сорокадневное пребывание воскресшего Исуса на земле до Своего Вознесения. А ведь главная приходская церковь в Клинцах была освящена на антиминсе во имя Вознесения Господня. Таким образом, число сорок, полученное путем умножения числа четыре (в Клинцах четыре храма) – символа пространственной законченности видимого мира, и десяти (десять куполов над каждым храмом) – символа относительной завершенности, выражало собой совершенную полноту. Представителями именно такого общества осознавали себя клинчане.

Вторая половина XVIII в. была заполнена состязанием между духовными центрами крупных старообрядческих согласий Стародубья: Ветковским, Диаконовым и Епифаниевым. Каждый духовный центр самостоятельно исправлял беглых священников, каждый центр имел свои монастыри и приходские церкви, богатых покровителей, своих иконописцев. И в то же время у каждого духовного центра были свои неповторимые исторические заслуги перед старообрядчеством.

Ветковский духовный центр был основателем поповского согласия, признанный старообрядцами всей России, строителем первой старообрядческой церкви, хранителем древлеправославной церковной обрядовой традиции и обычаев, унаследованных от отцов и дедов.

Диаконово согласие имело в своей истории крупного страдальца за веру – диакона Александра, казненного в Нижнем Новгороде в 1720 г. Книга «Ответы Александра Диакона» была признана во всех старообрядческих согласиях как каноническое обоснование истинности старой веры и как внятное изложение религиозного мировоззрения старообрядцев.

Клинцовский духовный центр Епифаниева согласия городился тем, что его окормляли не беглые священники, исправленные в Ветковских монастырях, а законные священники, рукоположенные первым старообрядческим епископом Епифанием. Кроме того, старообрядцы посада Клинцы слыли самыми богатыми в Стародубье. У клинчан было больше иконописцев, чем в других посадах Стародубья, а иконы клинцовского письма пользовались высоким спросом среди богатейшего купечества Москвы, Петербурга, Калуги и других городов. И еще у клинчан под покровительством духовного центра было то, чего не было ни в одном старообрядческом согласии России – свои типографии, печатавшие служебную, учительную, житийную и полемическую литературу.

Поэтому клинчане считали достойным заявлять о своих заслугах перед старообрядцами России возведением самых высоких храмов и украшать храмы самыми дорогими иконами высокого мастерства.

Вознесенская церковь. Южный фасад. Фото 1908 г. Из архива автора

По свидетельству единоверческого священника Иоанна Чередникова, опросившего старых прихожан и собравшего для своей статьи архивные документы, связанные с историей Вознесенской церкви, Иван Карташев в юности участвовал в строительстве Вознесенской церкви, а в зрелые годы строил новое здание Михайло-Архангельской зимней церкви на новом месте.

Церковь Михаила Архангела. Фото 1908. Из архива автора

Иоанн Чередников писал: «Поскольку теплый храм оказался слишком мал и не вмещал всех молящихся, к тому же алтарные окна храма выходили прямо на улицу, то в 1819 году прихожане Вознесенской церкви приступили к строительству нового теплого храма. Здание нового храма, тоже деревянного, было поставлено перед северной стеной здания летней Вознесенской церкви. Храм освящен 9 октября 1821 года во имя Архистратига Михаила и прочих сил бесплотных, с двумя боковыми приделами: справа – во имя преподобного Сергия (освящен 10 октября), а слева – Великомученика Георгия Победоносца (освящен 11 октября)». (Чередников И. Вознесенская единоверческая церковь в п. Клинцах Суражского уезда. Чернигов. Типографии Губернского Правления. 1908).

Ансамбль из четырех церквей, стоявших на высокой части Большого Клинцовского холма, выше поселения, создавал неповторимую панораму. Сорок куполов, вознесенные к небу, парили над одноэтажным посадом. Не хватало только зычного колокольного звона, который способен был перешагнуть вековые просторы непроходимых лесов, окружавших посад, долететь до соседней старообрядческой слободы Зыбкой и возвестить всему православному миру о высокой значимости клинцовского духовного центра. И такую колокольню клинчане возвели в 1804 г.

Вид на колокольню Вознесенской церкви с Торговой площади (ул. Советская). Фото до 1903 г. Архив автора

Иоанн Чередников писал: «…Самым главным украшением Вознесенскаго храма и гордостью его прихожан служит Колокольня. Устроена она отдельно от храма в западной части погоста. Основание ея занимает площадь в 23 х 19 аршин; высота ея с крестом 25 саженей 1 аршин (Длина нижнего сруба колокольни – 16,1 м, ширина – 13,3 м, высота – 53,2 м. (Р.П.). С фундамента поднимается она двумя продолговатыми срубами, соединенными между собой аркой; со второго же яруса она идет четырьмя срубами, скрепленными один с другим громадными балками, которые и кончаются пролетом, где висят колокола. Отсюда она идет уже одним срубом, который заканчивается меньшим срубом и куполом. С основания своего и до самого купола колокольня имеет форму четырехгранной продолговатой призмы, постепенно в четырех местах суживающейся. Во втором ярусе она имеет четыре двери, а выше – четыре балкона, тоже с выходными на них дверями.

Архитектура ея – смесь малороссийских церковных построек с русскими северными. Можно судить, каков должен быть фундамент для такого массивнаго строения. Говорят, что все жители посада, /с. 27/ как один человек, на руках таскали громаднейшие камни для фундамента, вырытаго на несколько саженей в глубину (Камни диаметром от 80 до 100 и более сантиметров были извлечены из фундамента колокольни при строительстве здания типографии, некоторые камни до сих пор лежат рядом с типографией. (Р.П.).

Колокольня Вознесенской церкви. Вид с Торговой площади. Фото после 1905 г. Источник klintsy-portal.ru

На колокольне имеются часы. Устроены они в 1813 году иноком Ефросином за 18 рублей. Часы устроены так, что выбивают каждую четверть часа, и по истечении целаго часа бьют в большой колокол. Завод часов два раза в неделю; гири заменяют громадные камни, которые привешены на веревках.

Всех колоколов шесть:

  1. Большой весом 117 пудов 27 фунтов, сооружен усердием купца Афанасия Козмича Лихоманова и отливался в городе Стародубе;
  2. Средний полиелейный весом 58 пудов 15 фунтов;
  3. Меньший, будничный, весом 13 пудов 6 фунтов;
  4. Весом 5 пудов 21 фунт;
  5. Весом 2 пуда 19 фунтов;
  6. Весом 1 пуд 16 фунтов

Колокольня устроена при церковном старосте Иване Козмиче Карташеве. Постройка ея начата в 1801 году, а окончена в 1804 году. И.К. Карташев был главный строитель и архитектор ея, у подножия колокольни покоится его прах.

Колокольня Вознесенского храма, несмотря на то, что просуществовала уже сто лет, поражает каждого своею крепостию, легкостию и изяществом. От пола колокольни до колоколов ведут 150 ступеней. Колокольня содержится в образцовом порядке…» (Чередников И. Вознесенская единоверческая церковь в п. Клинцах Суражского уезда. Чернигов. Типографии Губернского Правления. 1908).

Колокольня Вознесенской церкви и часовня (белый фасад) в честь чудотворной иконы Св. Николы, кисти Ивана Карташева. Вид с крыши Глуховской фабрики. Фото 1930-х годов. Архив автора

Стремление клинцовских старообрядцев Епифаниева согласия утвердить за собой право быть духовным центром всего Стародубья, и даже России, состязание с Ветковским духовным центром, находившемся в Покровском митьковско-климовском монастыре, продолжалось в течение нескольких десятилетий и проявлялось в том числе в архитектуре.

На появление в пределах Стародубья Ветковского духовного центра, перенесенного из заграничной Ветки, со своей святыней «второй» Ветковской Покровской церковью «об одной главе» и монастырем, клинчане Епифаниева согласия ответили строительством в 1780 году громадной десятиглавой приходской церкви во имя Вознесения Господня с пятиглавием над ядром церкви. А в 1782 г. клинчане освятили в пригородном монастыре Преображенскую церковь, тоже пятиглавую, да еще с часами на колокольне.

На заявление, прозвучавшее в Синоксари (создан в 1792 – 1795 гг.), что Ветковцы «по переселении из Ветки» назвали свой «Свято-Покровский Климовский монастырь» «Новопечерским Киевским», клинчане ответили в 1804 г., освящением колокольни, какой доселе не было у старообрядцев Ветки и Стародубья.

Старообрядцы всех старообрядческих согласий Ветки и Стародубья почитали Киевскую лавру как первую на Руси восприемницу и хранительницу константинопольской древлеправославной церковной обрядности. Поэтому самоназвание «Новопечерский Киевский» следовало понимать так, что только Ветковский духовный центр неотступно следует тем церковным обрядовым традициям, которые были принесены на Русь князем Владимиром, крестителем Руси. А остальные духовные центры…?

Клинцовская колокольня по праву была признана одним из самых высоких деревянных сооружений не только Стародубья, но и России – почти 54 метра. Такой высокой колокольни не было в Ветковском духовном центре.

Колокольн Вознесенской церкви. Вид с Почетухи. Архив автора

Но клинцовские Епифановцы присвоили колокольне ещё одну многозначительную особенность, нарушив ветковскую традицию культового зодчества. Колокольня была поставлена в некотором удалении от здания церкви. До этого и позже старообрядцы Стародубья и Ветки колокольню в посадах и монастырях ставили только над притвором церкви, так же было и в Ветковском Покровском монастыре. И это стало обычаем, идущим от основателя Ветковского поповского согласия Феодосия, которому следовали на Ветке и в Стародубье. А устройство колокольни отдельно от храма позволили себе только клинцовские последователи и почитатели первого старообрядческого епископа Епифания. Они уподобили свою колокольню Большой колокольне Киево-Печерской лавры (1731 – 1745 гг.), подчеркнув, что и Епифаниевский духовный центр строго следует церковной обрядовой традиции, воспринятой иноками Киево-Печерской лавры еще во времена княжения Крестителя Руси.

Таким образом, Иван Карташев был вовлечен в состязание, которое происходило между духовными центрами Епифаниева и Ветковского согласий, как и его братья Карташевы, книгоиздатель и иконописец.

Архитектор И. Карташев отодвинул колокольню к западу от массивных сооружений летней Вознесенской и зимней Михайло-Архангельской церквей, более чем на 50 метров, приблизив тем самым колокольню к не менее величественным объёмам летнего и зимнего десятиглавых храмов Троицкой церкви. В панораме города четыре храма Вознесенской и Троицкой церквей смотрелись издали единой массой. Колокольня Вознесенской церкви господствовала над храмовыми постройками, объединяя обе архитектурные группы в единый ансамбль, возвышавшийся над клинцовским посадом букетами из нескольких десятков куполов.

Колокольня Вознесенской церкви. Вид с Тепляковщины. Фото 1930-е гг. Архив автора

Колокольня, которую построил Иван Карташев, со временем затмила славу её создателя, и имя архитектора стало забываться. «Воспоминания» Т.А. Верховского и исследование И. Чередникова вышли малым тиражом и после опубликования сразу стали библиографической редкостью, поэтому имя архитектора для большинства потомков оказалось «под спудом». Задача историков возрождать имена людей, которые шли впереди нас, и созидали историю города Клинцы.

По воспоминаниям клинцовских старожилов «колокольня Вознесенского храма была хорошо видна с правого берега реки Унеча из села Смолевичи (расстояние около 10 км). Колокольный звон при восточном ветре был хорошо слышен в селе Ущерпье, а иногда при северо-восточном ветре и в городе Новозыбкове» (Воспоминания В.С. Степанова и П.М. Храмченко). Это вполне возможно, потому что в 1941 г. и в 1943 г. во время боёв под Новозыбковом клинчане отчётливо слышали разрывы снарядов, доносившиеся с тридцатикилометрового расстояния. Клинчане с восхищением вспоминали, как на Пасху взбирались на колокольню, чтобы ударить в колокола. Для клинчан, не знакомых с восхождением на горы, переживание небывалой высоты вызывало волнение, от которого «дух захватывало». Мир вокруг преображался, люди и дома становились игрушечными, горизонт отодвигался и невиданные прежде дали вокруг казались величественными, что было сродни ощущению полета.

Со строительством колокольни связана легенда. Клинцовские купцы почитали долгом обозначить свое купеческое звание большим гранитным камнем-валуном, который устанавливали рядом с воротами, перед входом на усадьбу. Камни привозили с Зубовки, где у вершины холма, по преданию, находилось древнее языческое капище. Когда объявили о строительстве колокольни, начались пожертвования. Мещане жертвовали деньги, а купцы сочли достойным пожертвовать на фундамент колокольни самое дорогое – «купеческие камни».

Колокольня Вознесенской церкви простояла 131 год. В семье клинчанина Михаила Семеновича Морозова хранится «Всеобщий календарь 1894 года», принадлежавший, согласно владельческой записи, «клинцовскому мещанину Исидору Ермиловичу Исаеву с 19 декабря 1897 года», а затем «сыну его Георгию Исаеву, 1885 г.р., помощнику начальника железнодорожного разъезда станции Клинцы». Среди прочих владельческих записей есть и такая: «Декабря 1935 года Вознесенская колокольня уничтожена, разобрана коммунистами».

Колокольню разобрали под предлогом ветхости сооружения. Под половыми плахами первого яруса, постеленными на уровне второго венца сруба, рабочие обнаружили много каменной соли, в виде мелкого и крупного щебня, оберегавшей деревянное основание сруба от гниения, и как рачительные хозяева сдали соль в животноводческое хозяйство. Часть дубового бруса пошла на устройство второго жилого этажа над зданием церкви в Спасо-Никольском монастыре, за Зубовским кладбищем. Из другой части брусьев, снятых с колокольни, сложили двухэтажное здание общежития для студентов Текстильного техникума, которое простояло еще 70 лет в дальнем конце двора усадьбы, находившейся напротив здания Техникума. Во время войны с 1942 по 1944 год в этом здании размещалась мужская школа, затем – вечерняя школа рабочей молодежи, а с конца 1950-х годов – детская музыкальная школа. Последние годы существования сруб оказался в ближайшем соседстве с Детской библиотекой, устроенной в западном торце только что построенного пятиэтажного жилого дома по улице Гагарина (бывшая ул. Красная). В 2007 г. сруб снесли за ненадобностью. Дубовые брусья были по прежнему годны для строительства.

А дубовая клеть первого яруса колокольни не разобрали и оставили стоять на своем фундаменте, вокруг образовался пустырь, заросший сиренью и жасмином, место для игры и забав детей из близлежащих домов улиц Верхней и Нижней Бобылки. В конце 1970-х годов, когда началось строительство здания типографии, из фундамента колокольни извлекли груду гранитных валунов, некоторые из них до сих пор лежат у входа в типографию. А рядом с колокольней ковш экскаватора извлёк десятки надгробных каменных плит и кости первых поселенцев слободы Клинцы. Тогда же была разорена могила Ивана Козмича Карташева.

Колокольня Вознесенской церкви. Вид с Николаевск площади. (Свободы) 1.05.1917 г.

Для полноты характеристики первого клинцовского архитектора Ивана Карташева следует сказать, что основным его занятием была иконопись. Иван Карташев ещё при жизни стал признанным иконописцем, «украсителем Вознесенского храма», как писал И. Чередников. Образ Святителя Николы, написанный Иваном Карташевым, был признан прихожанами и священством чудотворным. Поэтому для чудотворной иконы Св. Николы над восточными воротами, ведущими на погост Вознесенской церкви, была сооружена деревянная часовня, которая, перестроенная в 1912 г. в камне, существует по настоящее время.

Из творческого наследия Ивана Карташева сохранилась единственная икона, остальные были сожжены воинствующими атеистами в фабричной «шуровке». Икона кисти Ивана Карташева «Собор Архангела Михаила» хранится в Санкт-Петербургском Музее истории религии. Аттрибуция иконы была проведена в 2005 – 2006 гг. доктором искусствоведения И.Л. Бусевой-Давыдовой и историком Р.И. Перекрестовым. Во время показа сокровищ музея, икона И. Карташева обязательно выставляется наряду с другими сокровищами.

Икона Собор Архангела Михаила. И.К. Карташев

Поскольку мраморную памятную доску с именем первого клинцовского архитектора и иконописца поместить негде, так как деревянные творения архитектора уничтожены, то при проектировании памятника основателям города совместно со скульптором А. Смирновым мы решили увековечить имя Ивана Краташева в бронзе. Памятник был торжественно открыт в 2007 году в день празднования 300-летия основания города Клинцы. Памятник специально был установлен напротив погоста Вознесенской церкви, в самом сердце слободы Клинцы XVIII века. Постаментом памятнику стал символический колокол, призванный вещать миру, что Клинцы живут и будут существовать в веках. Поверхность бронзового постамента-колокола покрыта ковром рельефных изображений клинцовских храмов и общественных зданий, и самым крупным рельефным изображением является Колокольня Вознесенской церкви, построенная Иваном Карташевым.

Постамент памятнику основателям города Клинцы. Слева (выделен цветом) рельеф колокольни

Труды и старания Ивана Козмича Карташева как архитектора, строителя колокольни при Вознесенской церкви и зимней Михайло-Архангельской церкви, иконописца и украсителя храма навсегда вписаны в историю клинцовской Вознесенской церкви, в историю русского старообрядчества, в историю русской культуры. Имя Карташева – стоит первым в ряду имен архитекторов, просиявших в многовековой истории города Клинцы. Иван Карташев достоин, чтобы на стене Никольской церкви, перестроенной из надвратной Никольской часовни, была памятная доска, излагающая кратко историю часовни, а затем церкви во имя Святителя Николы, с обязательным указанием, что часовня была построена для размещения в ней чудотворной иконы, написанной старообрядческим иконописцем Иваном Козмичем Карташевым.

© Р.И. Перекрестов

error: Content is protected !!