30 ноября, 2021

Инженер путей сообщения из Клинцов. Юлиус Адольфович Пешель

В первой статье посвященной истории клинцовских немцев мы рассказали легенду о чудесном спасении клинцовского фабриканта П.С.Исаева во время польского восстания 1830-31гг.  немцем Вильгельмом Пешелем, который работал на фабрике Исаева. Занимаясь поиском информации по этому вопросу, мы обнаружили в сети интернет интереснейшую статью московского исследователя и историка Н.А.Тахтамышевой, посвященную русскому инженеру-путейцу Юлиусу Пешелю, который внес значительный вклад в развитие железных дорог Российской империи и оказал неоценимую помощь стране во время Первой мировой войны, руководя московским железнодорожным узлом.

 Какого же была наше удивление, когда мы узнали, что, во-первых, Юлиус Пешель был правнуком того самого Вильгельма Пешеля, а во-вторых, что вся семья Пешелей жила в Клинцах на протяжении четырех поколений и Юлиус Пешель является коренным клинчанином и нашим земляком.

К нашему большому сожалению, в Клинцах ничего не знают об этом человеке, о его жизни и нелегкой судьбе. Это и понятно, так как Юлиус Пешель не принял октябрьскую революцию 1917 года и примкнул к Белому движению, а после его поражения был вынужден эмигрировать из России. Пришло время исправить эту несправедливость…

Мы познакомились с Н.А.Тахтамышевой. Она является внучкой Ю.А.Пешеля и много лет занимается генеалогией и историей своего рода, она автор книги «Инженеры путей сообщения. Три портрета на фоне времени», в котором рассказала о судьбе своего деда. Наталья Андреевна ознакомилась с материалами нашего проекта и любезно разрешила опубликовать специальную версию статьи о Ю.А.Пешеле на «Хроноскопе».

Детство

Юлиус-Иммануил  Пешель родился в посаде Клинцы Черниговской губернии 24 марта 1881 г. в немецкой семье, считавшей своей родиной Россию, хотя супруги и были прусскими подданными.

Ю.А.Пешель. Санкт — Петербург, около 1905г. Архив Н.А. Тахтамышевой

Отец Юлиуса — Адольф Августович Пешель — был клинцовским красильным мастером, с 1866 г. по 1885 г. он работал на суконных фабриках в Клинцах. Адольф Августович был красильным мастером у Гусихи и у И. П. Машковского. Гусиха – Екатерина Гавриловна Гусева – стала владелицей фабрики в 1886 г., после смерти мужа (сама же фабрика Гусева возникла еще в 1840 г.). Фабрика Машковского, существовавшая с 1860 г., в 1885 г. уже бездействовала. Вероятно, сначала Адольф Августович работал у Машковского, затем – у Гусева, и уже потом – у Гусихи.

По семейным рассказам, документально не подтвержденным, Адольф Августович завел также небольшую собственную красильную мастерскую. Достигнув к тридцати годам прочного материального положения, Адольф Пешель женился в 1877 году на юной Амалии Леймбах, дочери красильного мастера с фабрики Исаева Юлиуса Леймбаха и его жены Юлианы, урожденной Рихтер.

Амалия Юлиусовна — мама Юлиуса. Архив Н.А.Тахтамышевой

За семь лет, с 1879 г. по 1885 г., у Адольфа и Амалии Пешель родилось шестеро детей, два мальчика и четыре девочки: Лидия-Агата, Оскар-Август, Юлиус-Иммануил, Мария, Эмма-Ольга, Тереза.

Брат Оскар. 1907 год. Архив Н.А. Тахтамышевой
Сестра Лидица. Архив Н.А. Тахтамышевой
Сестра Тереза. Архив Н.А. Тахтамышевой
Сестра Эмма. Архив Н.А. Тахтамышевой

Юлиус-Иммануил, или просто Юлиус (вторым именем он никогда не пользовался), был третьим ребенком в семье. Запись готическим шрифтом в лютеранской метрической книге сообщает все подробности: Юлиус появился на свет в 4 часа утра 24 марта 1881 г.; 29 марта принял в Клинцах временное крещение, утвержденное 26 июля того же года евангельско-лютеранским проповедником Беловежской колонии Черниговской губернии Теодором-Георгом Неандером. Восприемниками выступали личный почетный гражданин купец Альбрехт Голле и бабушка мальчика Каролина Пешель, урожденная Кант.

Метрика о рождении Юлиуса Пешеля. 1882 год. Архив Н.А. Тахтамышевой

В семье уделяли много внимания воспитанию и обучению детей, все они учились играть на разных музыкальных инструментах. Наверное, тяга к серьезной музыке возникла в семье со времен самодеятельных концертов в Ново-Мезеричах; возможно, еще раньше, в Пруссии, — ведь в каждой кирхе стоял орган, а прихожане не только постоянно слушали замечательные творения великих немецких композиторов, но и сами пели величественные хоралы.

Живя в Клинцах, Пешели оставались приверженцами традиционного лютеранства. В остальном же за полвека жизни в России они изрядно обрусели, переняли язык и многие местные обычаи. В семье говорили по-русски и по-немецки, и русский, наряду с немецким, был родным для детей Пешелей. Учась в гимназии, Юлиус даже подрабатывал репетиторством по русскому языку, что говорит о прекрасном владении языком. И звали мальчика в семье вполне по-русски — Юлик. Между тем, все Пешели, как и многие другие клинцовские немцы, оставались прусскими подданными. В чем-то это было выгодно, например, избавляло от воинской повинности. С другой стороны, существовали и ограничения в правах; например, подданный иностранного государства не мог поступить в ряд российских высших учебных заведений. Родители стремились дать хорошее образование своим детям, чтобы им не пришлось всю жизнь провести на суконной фабрике.

Со временем Адольф Пешель, наверное, тоже поднялся бы по социальной лестнице, стал, как и его отец, директором или даже владельцем фабрики, расширив маленькую красильную мастерскую. Так или иначе, он постарался бы изменить свою жизнь и судьбу семьи. Но Адольфу Августовичу не удалось это сделать, не суждено ему было и порадоваться успехам детей: он умер в 1887 г., не достигнув и сорока лет. Юлиусу исполнилось тогда только шесть, младшей, Терезе, — всего два года.

Мать Юлиуса, Амалия Юлиусовна, вскоре после смерти мужа переехала с детьми в Новозыбков, уездный город Черниговской губернии. В Новозыбкове имелись реальное училище и женская гимназия, тогда как в посаде Клинцы в то время учебных заведений такого класса не было. Оставшись вдовой в 27 лет, она больше не вышла замуж и всецело посвятила себя детям. Самостоятельно давала им начальное домашнее образование, уделяя этому много времени. Детей она не баловала, постоянно приучала к труду и дисциплине. жизнь семьи была нелегкой, а воспитание строгим. Амалия Юлиусовна (по неподтвержденным воспоминаниям) сама снимала дом и сдавала комнаты с полным пансионом иногородним ученикам реального училища, чтобы как-то прокормить семью. Детям приходилось помогать матери: они убирали комнаты, ходили за продуктами и к прачке. Наверное, кроме этого, у семьи был какой-то небольшой источник дохода; возможно, его давала всё та же полумифическая красильная мастерская, — если она еще существовала к тому времени. Возможно, директор суконной фабрики Д.К.Сапожкова Август Васильевич Пешель – дед Юлиуса — также помогал невестке и внукам. Он на 14 лет пережил своего единственного сына и скончался в 1901 г. в Клинцах, дожив до 78 лет.

Стойко справляясь со всеми невзгодами, Амалия Юлиусовна сумела без мужа вырастить детей и дать им хорошее образование. девочек отдала в Новозыбковскую гимназию, мальчиков – в реальное училище. Позднее Юлиуса определили во 2-ю Киевскую гимназию, при которой существовал   интернат для иногородних гимназистов, или, как его тогда называли, общая ученическая квартира. Гимназист Ю. Пешель был вдумчив и обстоятелен, ему нравилось учиться. Обладая аналитическим складом ума и прекрасной памятью, он отлично успевал по всем предметам.  Как все члены семьи, Юлиус был музыкально одарен и самозабвенно любил музыку, брал уроки игры на виолончели у прекрасных киевских педагогов. В Киеве у него появилась возможность бывать в театрах и на концертах, слушать игру выдающихся музыкантов.

 Во время учебы в гимназии Юлиус подрабатывал репетиторством. Одной из его учениц оказалась Лиза, дочь помощника классного наставника 2-й Киевской гимназии.  Он привязался к этой семье и познакомился в ней со своей будущей женой Валентиной Викторовной Ящуржинской.

Своего дома в Клинцах у Пешелей, скорее всего, не было. В списке плательщиков квартирного налога за 1898 г. по посаду Клинцы значится Август Васильевич Пешель, который проживал в Новой Слободе, в доме Д.К. Сапожкова. Это вполне объяснимо, т.к. Август Пешель был директором Троицкой фабрики, а Д.К.Сапожков — ее владельцем

Адреса Амалии Юлиусовны в Новозыбкове: 1899 г. — Карховская улица, дом Хромова; 1910, 1911 — Бойницкая ул., д. Коваленко.

Семья Пешель. Стоят Оскар и Юлиус; сидят Эмма, Амалия Юлиусовна и Тереза. Новозыбков, около 1890г. Архив Н.А. Тахтамышевой

Намного позже, после революции, Амалия Юлиусовна переехала в Клинцы. Там она жила, по меньшей мере, до 1932 г. В письме, написанном не ранее этого времени (читают «Поднятую целину» Шолохова, вышедшую в 1932 г.), внучка Амалии Юлиусовны описывает, как они с мужем гостят у бабушки, как им втроем хорошо, как они проводят время: помогают бабушке по хозяйству, читают вслух, днем ходят на Стодол в клуб музицировать, потом идут купаться.

В последние годы жизни Амалия Юлиусовна переехала к дочери Эмме в Москву. Умерла в 1940 г.

Годы студенчества, 1899 1904 гг.

В  1899 г. Юлиус окончил гимназию с золотой медалью и подал прошение о приеме в Институт инженеров путей сообщения. В негласном рейтинге высших учебных заведений России того времени ИИПС занимал второе место после Александровского лицея и ценился выше университета, поскольку за время обучения в институте студенты не только получали отличную научную подготовку, но и полезные, многосторонние практические знания, позволявшие сразу после выпуска самостоятельно работать в области проектирования, строительства и эксплуатации путей сообщения. Конкурс в институт был высоким. Кроме математики, физики, русского и иностранного языков, с 1896 года обязательным вступительным экзаменом стало рисование. В 1899 году на первый  курс  ИИПС было принято по конкурсу 130 человек, среди них –  Ю.А. Пешель, успешно сдавший все экзамены.

Юлиус Пешель в студенческие годы. Архив Н.А. Тахтамышевой

Для  Юлиуса началась новая, студенческая, жизнь. Он получил право (и обязанность) носить нарядный мундир с поперечными погонами черного бархата, на которых красовался посеребренный вензель императора Александра I. Занятия в Институте отнимали много времени, но с любимой виолончелью Юлиус по-прежнему не расставался. А вот в студенческих выступлениях и забастовках, не прекращавшихся в течение всего времени его обучения, Пешель никакого участия не принимал. Воспитанный в строгих правилах и приученный к порядку, он всегда резко отрицательно относился к революционной деятельности. Приняв  российское подданство, он очень хотел быть примерным гражданином и приносить истинную пользу стране, ставшей для него своей. Имея немецкие корни, Юлиус ощущал себя русским и всем сердцем любил Россию. В прошении о принятии в российское подданство (1899 г.) он писал: «Я желаю быть полезным Русскому государству, которое меня в течение моей гимназической жизни поддерживало материально, с которым я сросся и которое сделалось для меня отечеством».

Прошение о переходе в русское гражданство. 1899 год. Архив Н.А. Тахтамышевой

Каждое лето Юлиус уезжал на практику, которая продолжалась по три- четыре, а иногда и по пять месяцев. Именно там будущие инженеры путей сообщения получали бесценные навыки.  На старших курсах практика  приобретала  характер самостоятельной инженерной работы, а денежное вознаграждение, получаемое учащимися за труды, служило для многих из них пособием для проживания в Петербурге в зимнее время и позволяло учиться в институте. Несомненно, Юлиус использовал эту возможность заработка, а также  занимался  репетиторством. Свободного времени у него оставалось совсем мало. Недолгое время вакаций студент делил между Новозыбковом и Киевом, куда его по-прежнему неудержимо влекло. Летом 1903 года он был помолвлен, а 2 июля 1904 года женился на В.В. Ящуржинской. 15 июня 1904 года в его жизни произошло важнейшее событие: он получил долгожданный диплом инженера, дающий «право составления проектов и производства всякого рода строительных работ и с правом на чин коллежского секретаря при вступлении на государственную службу».

Диплом инженера путей сообщений. 1904 год. Архив Н.А. Тахтамышевой

Служба в  Санкт-Петербурге, 1904 1909 гг.

В ноябре 1904 года  Пешель поступает на службу в Управление Санкт-петербургской сети Общества Московско-Виндаво-Рыбинской железной дороги. Несмотря на серьезную теоретическую и практическую подготовку, начать Юлиусу Адольфовичу пришлось  со скромной должности чертежника технического отдела службы движения; 1 апреля 1905 г. он занял место  счетовода этого отдела, и только после года работы в Управлении получил, наконец, инженерную должность – стал инженером для технических занятий в том же отделе, с окладом жалованья 2250 руб. в год. В 1905 году Юлиусу Адольфовичу пришлось отбыть недолгую воинскую повинность кондуктором II класса.

Семейная жизнь молодого инженера в Петербурге была вполне благополучной и счастливой. В 1906 и 1908 гг. он стал отцом двух девочек – Елены и Наталии. В доме Пешелей часто собирались друзья Юлиуса Адольфовича, среди которых был его сослуживец П. Г. Таллако. Устраивались музыкальные вечера, на которых хозяин играл на виолончели, а его жена аккомпанировала ему на фортепиано; сама пела арии из опер, романсы, народные песни.

Успешно складывается карьера Юлиуса Адольфовича: в сентябре  1907 г. он становится начальником технического отдела службы движения. Эта должность на Московско-Виндаво-Рыбинской железной дороге совмещалась со званием 2-го помощника начальника данной службы. Начальником же службы движения был Борис Дмитриевич Воскресенский – выдающийся специалист по теории и практике эксплуатации железных дорог, имевший к тому времени соответствующие печатные труды. Юлиусу Адольфовичу представились широкие возможности для профессионального роста при работе под таким руководством. Воскресенский и Пешель стали единомышленниками, позднее –  друзьями; судьба связала их на долгие годы.

В 1908 году начинается строительство Северо-Донецкой железной дороги. Председателем Правления новой дороги становится управляющий Петербургской сети Общества Московско-Виндаво-Рыбинской железной дороги Л.Ф. Шухтан, который приглашает с собой на новое строительство наиболее способных сослуживцев, в первую очередь  –  Б.Д. Воскресенского, который не только занимается  постройкой, но и участвует   в последующем вводе дороги в эксплуатацию. Скорее всего, именно по его рекомендации Ю.А. Пешель вскоре также приглашается для работы на новой дороге. 15 января 1909 года Юлиус Адольфович увольняется по прошению и переезжает вместе с семьей в Харьков.

Харьков, 1909 1915 гг.

С января 1909 года Юлиус Адольфович работает на Северо-Донецкой дороге старшим инженером. Новая  дорога явилась прекрасной школой для молодого инженера.  Здесь все надо было начинать с «чистого листа», и это давало широчайшие возможности для самостоятельной деятельности.  По проекту Пешеля, в частности, построена крупнейшая сортировочная станция Основа. 16 апреля 1909 года был согласован протокол узловой комиссии «о примыкании Северо-Донецкой дороги к Харькову», а уже 14 июля 1909 года был готов не только сам проект ст. Основа, но и все чертежи, а также пояснительная записка к проекту и даже график движения. Старшим  инженером Пешелем подписаны  чертежи  проекта; его же  рукой сделаны дополнительные надписи на титульном листе. Юлиус Адольфович не только проектировал станцию, но и осуществлял наблюдение за ее постройкой (это следует из надписи от 1 сентября 1909 года).

Титульный лист проекта станции Основа. Архив Н.А. Тахтамышевой

Станция Основа, построенная по проекту Пешеля и при его непосредственном участии, стала одной из важнейших на Северо-Донецкой дороге и оставалась в течение долгого времени единственной сортировочной станцией на этой дороге. Ныне она находится в черте г. Харькова и функционирует как важнейший транспортный узел.

Современное фото станции Основа

С 1913 года Управление Северо-Донецкой железной дороги разместилось в новом величественном доме на  Вознесенской площади Харькова, где  одна из комнат на первом этаже была выделена под кабинет начальника службы эксплуатации Ю.А. Пешеля. Интересно отметить, что в настоящее время в этом доме находится Академия железнодорожного транспорта; на фронтоне здания до сих пор сохранилась надпись: «Управленiе Северо-Донецкой железной дороги».

Здание Управления Северо-Донецкой железной дороги на Вознесенской площади Харькова. Фото начала XX века. Архив Н.А. Тахтамышевой

Дружба Юлиуса Адольфовича с Борисом Дмитриевичем Воскресенским не прекращалась: жена Б.Д. Воскресенского Мария Максимилиановна даже была крестной матерью у третьей дочери Пешелей Екатерины, родившейся в 1909 году; в 1914 году у них родился четвертый ребенок – сын Павел. Но отношения между супругами разладились, и в 1915 г. они расстались. Спустя некоторое время Юлиус Адольфович женился на дочери потомственного дворянина Марии Александровне Фриман, преподававшей в Харьковском институте благородных девиц, а Валентина Викторовна вышла замуж за Павла Григорьевича Таллако.

Годы Первой мировой войны. Москва, 1914 – 1917 гг.

Остановка движения на Московском узле грозила парализовать всю железнодорожную сеть страны.  Для оказания помощи в разгрузке Московского узла МПС командировало двух крупных российских специалистов в области эксплуатации железных дорог – Б.Д. Воскресенского и Ю.А. Пешеля. Первый был назначен исполняющим обязанности начальника Московско-Курской, Нижегородской и Муромской казенных железных дорог, а второй – исполняющим обязанности начальника службы движения этих дорог.

В середине декабря 1915 г. Воскресенский и Пешель приступили к работе. В первую очередь они занялись движением порожняка, чтобы упорядочить его направление на юг, в Донецкий бассейн. Стала очевидной необходимость срочного увеличения пропускной и провозной способности Московско-Курской дороги; для этого они решили увеличить длину составов до 75 вагонов; но тут же выяснилось, что большинство станций Московско-Курской дороги были рассчитаны максимум на пятьдесят. Перепроектировка станций была исполнена в течение двух суток лично Ю.А. Пешелем, при участии технического отдела службы пути.

Под его же руководством 18 декабря начались работы по переустройству станций; они продолжались непрерывно (в две смены), включая будни и праздники, замерзший грунт приходилось отогревать кострами.  Несмотря на лютый мороз, метели и снегопады, удалось к 12 января удлинить пути на 42 станциях. Это стало возможным благодаря высокому профессионализму и мужеству работников дороги и, в первую очередь, руководителя работ –  Ю.А. Пешеля.

В тяжелейших погодных условиях, при тридцатиградусных морозах, два инженера, Воскресенский и Пешель, сумели исправить ситуацию: пробки были ликвидированы, движение восстановлено, объем перевозимых грузов значительно увеличился. Московско-Курская железная дорога стала передавать на южные направления до 1500 – 1700 вагонов в сутки, тогда как ранее отправляла не более 700 – 800. Вернувшись в Харьков, Б.Д. Воскресенский и Ю.А. Пешель выступили перед служащими Северо-Донецкой и Южных железных дорог с докладом, в котором обобщили свой успешный опыт. Этот доклад был опубликован отдельной брошюрой.

В МПС были довольны работой харьковских инженеров, оценили ее и в Москве. Общество Московско-Казанской железной дороги пригласило Воскресенского и Пешеля на службу.  Борису Дмитриевичу предложили руководить дорогой, Юлиусу Адольфовичу – возглавить службу движения.

Юлиус Пешель. Харьков, около 1913 года. Архив Н.А. Тахтамышевой

Годы Гражданской войны, 1918 – 1920 гг.

Октябрьскую революцию Пешель не мог принять и не принял. Он уехал из Москвы на юг страны. Находясь на территории белых, Юлиус Адольфович остается штатским, в боевых действиях не участвует. В это трудное время инженер путей сообщения Пешель старается по-прежнему быть верным профессиональному долгу и отдает все свои силы восстановлению транспорта. Летом 1919 года, по поручению Хозяйственно-технического союза освобожденных областей, он готовит обзор состояния сети железных дорог в пределах, занятых Вооруженными силами юга России (ВСЮР –  армия белых). Эта территория достигала к началу осени немалых размеров: от Бессарабии до Волги, от границы Грузии на юге до Курска и Орла на севере. Протяженность занятых ВСЮР железных дорог составляла почти одну четверть всей Российской железнодорожной сети.

29 сентября 1919 г. в Ростове, на общем собрании членов Хозяйственно-технического союза освобожденных областей, Пешель делает доклад «Современное положение железнодорожного транспорта». 6 октября 1919 г. Юлиус Адольфович вторично читает свой доклад, на этот раз – на Совещании торгово-промышленных деятелей местностей, освобожденных от большевиков. Тогда же доклад был напечатан отдельной брошюрой.

Но тогда его усилия оказались тщетными: в конце октября началось победное контрнаступление красных войск. В начале марта 1920 года начинается эвакуация, и на одном из пароходов с беженцами Пешель отправляет жену в Константинополь. В самые последние часы эвакуации, когда красные войска уже входили в город, Юлиус Адольфович вместе с остатками армии Деникина покидает Новороссийск, навсегда простившись с родиной.

Годы эмиграции, 1920 1944 гг.

Начинаются годы скитаний. В июне и октябре 1920 г. Ю.А. Пешель значится в константинопольских списках беженцев. Его жена М.А. Пешель, попавшая в апреле 1920 г. вместо Константинополя на Лемнос –  каменистый, безжизненный, малопригодный для жизни остров, претерпела много лишений; только в ноябре 1920 г. она сумела добраться до Константинополя и встретиться с мужем.

Инженерной работы для русских в Константинополе не было. Известно (из семейных рассказов), что в более поздние годы эмиграции, в Париже, Пешель отчаянно бедствовал, и ему приходилось зарабатывать на жизнь игрой на виолончели в ресторанах. Скорее всего, и в Константинополе Юлиуса Адольфовича выручала любимая виолончель. Этот его талант на долгие годы оказался более востребованным, чем знания и опыт инженера путей сообщения. Не позднее 1922 года Пешель переехал в Париж.

В 1925 году Юлиусу Адольфовичу удалось наладить переписку по почте  со своей первой женой  Валентиной Викторовной и детьми, по которым он очень тоскует. Пешель не только писал им ласковые письма, но старался помочь материально: посылал долларовые чеки, затем, когда это стало невозможным, передавал деньги и посылки с вещами через общих знакомых. Всеми правдами и неправдами он изыскивал любые возможности помогать оставшимся в России детям и бывшей жене вплоть до начала Второй мировой войны.

Живя в Париже, Юлиус Адольфович не переставал упорно искать работу по специальности. Наконец, удача ему улыбнулась — его приняли инженером в одну из бельгийских промышленных компаний, расположенных в г. Льеже.  Этот город стал его последним прибежищем: в нем Юлиус Адольфович прожил оставшиеся 19 лет своей жизни. Из ответа Льежского архива на посланный туда запрос стало известно, что умер Ю.А. Пешель 24 августа 1944 г., на 64-м году, не дожив две недели до освобождения города от фашистов.  О последних годах его жизни почти ничего не известно. Обращения к русской общине Льежа, попытки узнать что-то у потомков эмигрантов первой волны успехом не увенчались: никто из них не помнит Юлиуса Адольфовича и Марию Александровну.

Могила Юлиуса и Марии Пешель в г.Льеж, Бельгия

Из переписки с русскоязычными  жителями г. Льежа выяснилось, что на  кладбище Робермон, где покоится Пешель,  захоронены многие участники местного сопротивления, расстрелянные гитлеровцами в 1944 г., незадолго до освобождения Льежа. Хотя Юлиусу Адольфовичу было уже за шестьдесят, он обладал таким стойким, твердым, бойцовским характером, что вполне мог участвовать в сопротивлении фашизму. Но никаких данных, подтверждающих или опровергающих эту версию, у авторов нет.

© Наталья Тахтамышева

© Михаил Воронков

error: Content is protected !!