25 октября, 2021

От дворянского происхождения к судьбе советского интеллигента: жизнь и творчество В.Н. Долгорукова (Владимирова)

Государство как система общественных институтов, предназначенных для управления обществом, обычно имеет дело с социальными макроструктурами (политическими партиями, национальными и территориальными объединениями, профессиональными сообществами, общественными движениями и другими социальными группами). Судьба одного человека, подчиняясь в целом государственному влиянию и актуальным историческим тенденциям, часто оказывается противопоставлена усредненным и генерализированным схемам управления жизнью страны. Эта известная «вечная проблема» противостояния власти и личности применительно к каждому человеку проявляется совершенно индивидуально, и в то же время в биографии каждого члена общества можно увидеть отражение исторического процесса, отражение проблем и судеб всей страны. Принадлежа одновременно ко многим социальным категориям, человек постоянно вынужден выбирать между своими индивидуально-личностными стремлениями и образом жизни, навязываемым ему как члену социальной группы. С этой точки зрения интересным объектом анализа становится биография человека, которому пришлось пережить ключевую смену политического устройства страны.

Данная работа посвящена судьбе князя Владимира Николаевича Долгорукова (26.08.1893–25.08.1966), которого не одно поколение советских читателей знает как детского писателя Владимирова.

Писатель Владимиров (Долгоруков В.Н.)

Князь Владимир Николаевич Долгоруков родился 26 августа 1893 года в имении Великая Топаль Новозыбковского уезда Черниговской губернии (ныне оно относится к Клинцовскому району Брянской области).

Бывшее имение Голицыных-Долгоруковых в селе Великая Топаль. Фото 2020 г.

Он потерял отца, когда ему было всего 5 лет. Князь Николай Дмитриевич Долгоруков умер от сыпного тифа 8 мая 1899 года, 41 года от роду. Семейство, в котором воспитывался маленький Владимир, пользовалось известностью за разносторонние проявления, как мы сказали бы сегодня, своей гражданской позиции.

Князь Николай Дмитриевич и княгиня Мария Павловна Долгоруковы. Фото из личного архива А.П. Дудникова

Отец его был видным земским деятелем, занимался благотворительностью, вел просветительскую работу. В 1888-1896 годах кн. Н.Д. Долгоруков был Новозыбковским уездным, а с 1896 года – Черниговским губернским предводителем дворянства. В университете он познакомился с П.Н. Милюковым, который стал товарищем его юности.

Князь и княгиня Долгоруковы. 1880-е гг. Фото из личного архива А.П. Дудникова

Не в последнюю очередь в связи с ранней смертью кн. Н.Д. Долгорукова, в жизни его вдовы стали играть важную роль двое его младших братьев-близнецов Петр и Павел Дмитриевичи, которые приходились кн. Владимиру Николаевичу дядьями. Эти знаменитые общественные деятели были в числе основателей кружка «Беседа», Союза земцев-конституционалистов, Союза Освобождения и, наконец, кадетской партии.

князь Петр Долгоруков
Князь Петр Дмитриевич Долгоруков — дядя писателя

Петр был товарищем председателя Первой Государственной Думы, Павел – лидером кадетской фракции во Второй. Общение с этими родственниками не могло не оказать влияния на воспитание будущего советского писателя.

Князь Павел Дмитриевич Долгоруков — дядя писателя

После смерти супруга мать Владимира Николаевича Мария Павловна Долгорукова, урожденная княжна Голицына (1859–1914), одна воспитывала троих детей. Эта женщина оставила дневники, по которым можно судить о круге ее интересов. Несмотря на то, что она преданно любила Николая Дмитриевича и старалась разделить с ним его заботы, помогая ему в земской деятельности, в тексте дневника она делает акцент на совершенно других вещах. М.П. Долгорукова декларирует патриархальные ценности, восходящие чуть ли не к традициям Домостроя. «Когда есть своя семья и дети, то стараешься только об них думать. Свое “я” больше не существует», – пишет она.

Княгиня Мария Павловна Долгорукова (рожденная Голицына). Фото из личного архива А.П. Дудникова

Действительно, основное внимание в этих дневниках уделено детям, их взрослению, обучению, здоровью, нравственному воспитанию. М.П. Долгорукова была близка к реализации традиционной модели женского поведения в семье. Она много внимания уделяет молитве и постам, боготворит мужа и посвящает все свои мысли здоровью детей. Может даже возникнуть впечатление, что перед нами довольно ограниченная и мало развитая личность.

Но на самом деле об этой женщине известно, что она много читала, путешествовала по Европе с экскурсионной целью, играла в благотворительных спектаклях и вела активную общественную работу. Все это практически оставлено ею без комментариев, но вот о детях, в том числе и о Владимире, она пишет много: «Владимир это такая прелесть, что просто невозможно описать все его милыя штучки». Эта запись относится к 1897 году, к тому времени, когда сыну было 4 года. Мать описывает его детские шалости, без особой, однако, конкретики, умиляется его первым словам, рассказывает о первом причастии, о домашнем образовании: «Владимир тоже удивительно усидчивый. Сидит по целым часам и рисует или раскрашивает картинки и сам добивается, чтобы было хорошо. А память у него удивительная. Он страшно хочет учиться, и чтобы ему показывали буквы» (1898 год). В 1896 году семейство пригласило домашним учителем некоего осетина Малтызова, которым М.П. Долгорукова была очень довольна. Это обстоятельство, вероятно, сыграло некоторую роль в дальнейшей судьбе Владимира Николаевича Долгорукова.

Детство Владимира Николаевича, таким образом, прошло в родном имении, в кругу семьи, под влиянием матери. Он получил хорошее домашнее воспитание и образование, и у него были все основания осознавать себя представителем древнего аристократического рода, к которому он принадлежал по праву рождения.

Юные годы кн. В.Н. Долгоруков провел в соответствии со своим общественным положением. В 1912 году князь Владимир Николаевич окончил Поливановскую гимназию в Москве, но свидетельство об окончании получил в Сумской Александровской гимназии и поступил в Московский университет на юридический факультет. Проучился он, однако, недолго: уже в списках студентов 1913/1914 академического года он не значится.

Московский художественный театр. Начало XX века

В эти неспокойные предвоенные годы многие сверстники В.Н. Долгорукова стремились принести пользу стране, многие юноши благородного происхождения ушли на фронт добровольцами. Кн. В.Н. Долгоруков покидает стены университета и вскоре отправляется на фронт. 1 июля 1914 года князь был зачислен в Лейб-Гвардии Конный полк в 4-й генерал-адъютанта генерал-фельдмаршала эскадрон конногвардейцем на правах вольноопределяющегося, с 22 июля находился в походе.

Как раз в это время, 1 сентября 1914 года, в Москве скончалась его мать. 30 сентября 1914 года за отличие в делах против неприятеля кн. В.Н. Долгоруков был произведен в унтер-офицеры, а 9 октября был командирован в Петроград для держания экзамена на чин корнета.

Владимир Долгоруков. 1910 гг. Фото из личного архива А.П. Дудникова

В марте и апреле 1915 года он сдал экзамены при Николаевском кавалерийском училище. Средний балл, набранный им на этом экзамене, был довольно низким – 8,53 из 12, что можно объяснить как обстоятельствами военного времени, так и отсутствием у кн. В.Н. Долгорукова большого интереса к наукам. По итогам экзаменов он высочайшим приказом от 27 июля 1915 года был произведен в подпоручики по пехоте со старшинством с 12 июля и с переводом в 1‑й Лейб-гренадерский Екатеринославский императора Александра II полк. После этого кн. В.Н. Долгоруков вернулся на фронт и был тяжело контужен в бою, демобилизован после ранения в 1918 году.

Владимир Долгоруков. 1910-е гг. Фото из личного архива А.П. Дудникова

Русская революция, закончившаяся установлением советской власти, перевернула жизнь кн. В.Н. Долгорукова. Социальный статус, которым он обладал на тот момент, вдруг резко потерял свое значение и стал источником проблем и опасностей. Принадлежность к древней русской аристократии сама по себе после революции стала негативным фактором, который с этого времени получил новое определение «из бывших». Получение чина подпоручика в ходе военных действий добавило в социальный багаж кн. В.Н. Долгорукова принадлежность к офицерству.

Кроме того, кн. В.Н. Долгоруков был близким родственником Петра и Павла Дмитриевичей Долгоруковых, крупных кадетских лидеров, которые эмигрировали в конце гражданской войны. Родной брат Владимира Николаевича Дмитрий воевал в Добровольческой армии и тоже оказался в эмиграции. Оказавшись в этих обстоятельствах, кн. В.Н. Долгоруков совершает свой главный и довольно экзотический выбор – он остается жить в советской России, единственный из членов своего семейства.

Что заставило кн. В.Н. Долгорукова совершить этот выбор, неясно. В семействе Долгоруковых сохранились сведения о сложных обстоятельствах личной жизни кн. В.Н. Долгорукова. Его брат Дмитрий женился 2 июня 1908 года на Елене Алексеевне Крупецкой, семья которой была издавна близка семье Долгоруковых. Достаточно сказать, что Елену Алексеевну в 1888 году крестили князь Николай Дмитриевич Долгоруков и его дочь, а ее отец, действительный статский советник доктор Алексей Александрович Крупецкий, в 1914 году был душеприказчиком княгини Марии Павловны Долгоруковой. Но впоследствии брак Дмитрия распался, и Елена Алексеевна стала женой Владимира. Подробности этого события неизвестны, в том числе, его трудно точно датировать. Если учесть, что кн. Д.Н. Долгоруков покинул Россию в 1920 году уже в одиночестве, то, вероятно, это могло произойти до 1920 года. Возможно, поступок Владимира в семействе не получил одобрения, и именно из-за него кн. В.Н. Долгоруков не разделил судьбу других членов фамилии.

Так или иначе, кн. В.Н. Долгоруков попытался реализовать себя в новом обществе. Воспитание и образование оставались для него единственным основанием для выбора новой социальной идентичности и надежным источником средств к существованию. Как пишет петербургская исследовательница Софья Чуйкина в работе, посвященной проблеме адаптации дворян в советском обществе, бывшие дворяне стремились к сохранению своих социальных связей и использовали те навыки, которые наименьшим образом меняли привычный образ жизни. Одним из главных социальных ресурсов дворянина был более высокий, чем у среднестатистического пролетария, уровень образования. Поэтому многие бывшие дворяне оказались среди представителей «пишущих» профессий – журналистов, литераторов, популяризаторов науки. Они постепенно вливались в новый общественный слой советской интеллигенции, образованной элиты советского общества.

В 1918-1920 годах кн. В.Н. Долгоруков работал в Киеве, где он оставался после войны, в театре и на киностудии, в 1920-1922 годах – секретарем Музейного фонда Губернского комитета охраны памятников искусства в Одессе.

В 1922 году он перебрался в Москву. Среди людей «своего круга» он поддерживает наиболее тесные отношения с поэтом и переводчиком С.В. Шервинским, с которым они вместе учились в Поливановской гимназии и дружили с юности.

Поэт и переводчик С. Шервинский

В 20-е годы он сблизился с семьей М.А. Булгакова и влился в его художественно ориентированное сообщество.

М.А. Булгаков (слева), В.Н. Владимиров (Долгоруков), С.С. Топленинов. Москва. Малый Левшинский пер. 1920-е гг.

В этих кругах литературное творчество было своего рода хобби: стихотворные поздравления с праздниками, домашние спектакли, эпиграммы и экспромты были унаследованы советской интеллигенцией как элемент дворянской культуры. Возможно, эта «домашняя поэзия» подтолкнула В.Н. Долгорукова к профессионализации в этой области.

Вторая жена Михаила Афанасьевича, Любовь Евгеньевна, снисходительно-иронично называет В.Н. Долгорукова «наш “придворный” поэт Вэ Дэ». Начитанность, хороший стиль, свободное владение иностранными языками и широкий кругозор позволили В.Н. Долгорукову самому заняться литературным трудом.

Начиная с 1927 года он печатается в журналах под псевдонимом «Владимиров», а со следующего года публикует стихи и рассказы для детей отдельными книжками. Первой вышла книжка, описывающая домашний кукольный театр, который Владимиров сам устраивал когда-то в детстве. После этого были изданы отдельными «книжками-малышками» два детских стишка и цикл стихов «Про лошадей» с иллюстрациями Александра Дейнеки (судя по композиции издания, стихи сборника могли быть написаны как стихотворные подписи к уже созданным Дейнекой изображениям лошадей).

Из книжки В Владимирова Про лошадей. Рисунки А. Дейнеки

По-видимому, не особо удовлетворенный своими поэтическими опытами, В.Н. Долгоруков решил перейти на прозу. В том же 1928 году вышли рассказы о горных прогулках и об Иване Болотникове. Иллюстратором этого последнего рассказа, так же как и следующего, «Трубка дон Алонсо», выступила Мария Сергеевна Шервинская, бывшая жена С.В. Шервинского, ставшая затем женой В.Н. Долгорукова. В 1929 году, кроме «Трубки…», В.Н. Владимиров публикует повесть о русской жизни XIX в. и поучительную сказочку для малышей.

Затем в течение трех лет В.Н. Долгоруков ничего не публикует – он переходит к более крупным прозаическим формам и обращается к литературной биографии. Выбор жанров свидетельствует о том, что Владимиров тяготел к историческому повествованию и работе переводчика. В 1933 году в серии «Жизнь замечательных людей» вышла биография Джеймса Кука, а в следующем – Бенджамина Франклина.

В. Владимиров. Джемс Кук. Серия ЖЗЛ

Интересно, что книга о Куке поначалу не была одобрена редакцией, и только отзыв М. Горького от 30 апреля 1933 года, признавшего книгу «в целом удачной и интересной», изменил ситуацию.

В последний раз перед Второй мировой войной Владимиров появляется в печати в 1935 году. В состав собрания сочинений О. де Бальзака вошел роман «Блеск и нищета куртизанок» в его переводе (совместно с Б.А. Грифцовым) и с его примечаниями. Это было первое издание «Куртизанок» на русском языке, и Владимиров стал одним из тех, кто познакомил русского читателя с этим произведением Бальзака. О выходе ранее неизвестного в России творения французского классика сообщили две газеты, обе – ленинградские.

В том же году Цедрам на правах рукописи издал одноактный водевиль Э.М. Лабиша «Женитьба Дардана, или Прыткий молодой человек», в котором Владимиров перевел стихотворные реплики.

После 1935 года Владимиров исчезает из литературы на долгие 17 лет. В чем причина этого молчания, точно неизвестно. Напрашивается объяснение, связанное с историческим контекстом эпохи сталинских репрессий, затронувших «неблагонадежный элемент» дворянского происхождения. Но в своем предисловии к книге «В былой Москве…» В.Н. Долгоруков сообщает, что в январе 1937 года он был приглашен во МХАТ консультантом по дворянскому быту, а через год в том же качестве – в Театр имени Ленинского комсомола. Сотрудничал он и с другими театрами, помогая воспроизводить на сцене реалии дворянского быта. Автор предисловия к позднему роману Владимирова, его дальний родственник и тоже советский детский писатель С.М. Голицын, упоминает о его пребывании в эвакуации во время войны. По утверждению В.В. Перцова, «он ни разу не “сидел”». Это подтверждает и Е.С. Дружинина – как по своим воспоминаниям, так и со ссылкой на свидетельство племянницы М.С. Шервинской.

В следующий раз Владимиров появляется в печати только в 1952 году, причем в качестве переводчика осетинских советских писателей Дабе Мамсурова и Тазрета Бесаева. Многие советские писатели переводили прозу и поэзию с национальных языков союзных республик, зачастую по подстрочному переводу. В.Н. Долгоруков выбрал осетинскую литературу, по-видимому, не случайно, ведь в детстве его наставником был уже упоминавшийся осетин Малтызов, который мог познакомить его с основами осетинского языка. В этом можно увидеть попытку реализации еще одного ресурса, полученного в дворянском детстве. Одним из редакторов этого сборника осетинской прозы являлся все тот же С.В. Шервинский. Похоже, прежние связи вновь вернули Владимирова в литературу. Эти рассказы переиздавались в переводе Владимирова неоднократно, но больше переводами осетинской литературы он не занимался (был опубликован еще лишь один рассказ Т. Бесаева в переводе с его участием, но, возможно, перевод тоже был сделан для сборника 1952 года, хотя в него и не вошел).

Письмо Владимирова (Долгорукова) Ираклию Андроникову. 1956 год. Из личного архива А.П. Дудникова

Последний этап творчества Владимирова связан с созданием исторических произведений для подростков. На долю романа «Последний консул» выпал наибольший успех.

В. Владимиров. Последний консул

Этот роман выдержал и переиздание, и перевод на другой язык. В 1959 году вышел сборник пьес Э.М. Лабиша с предисловием и примечаниями Владимирова – но в числе переводчиков он не значится. Последним художественным произведением Владимирова стала «Повесть о школяре Иве».

В. Владимиров. Повесть о школяре Иве

Отдельной проблемой биографии В.Н. Владимирова является история его вступления в Союз писателей СССР, которое, согласно его личному делу в Союзе писателей, состоялось в 1961 году. Но В.В. Перцов утверждает, что В.Н. Владимиров был приглашен Горьким на первый съезд Союза советских писателей и стал его членом со дня основания. Если это утверждение не содержит ошибки, то, вероятно, Владимиров был принят и исключен из Союза писателей, а впоследствии, в 1961 году, восстановлен. Не исключено, что именно с этим связан внезапный долгий перерыв в литературной деятельности.

М. Горький оказывал покровительство Владимирову, и именно в эти годы: напомним, что в 1933 году он способствовал одной из публикаций Владимирова, поэтому приглашение в 1934 году в Союз писателей не представляется невероятным. Но в 1936 году Горького не стало.

Максим Горький

На сегодняшний день нет документально подтвержденных сведений о том, что В.Н. Владимиров подвергся какому-либо преследованию. Но то прошлое, которое неизбежно связывало Владимирова с императорской Россией, наложило отпечаток на все его мировосприятие и образ жизни, воспрепятствовав его полноценной жизненной реализации.

В.Н. Владимиров умер 25 августа 1966 году, не оставив потомства. Последние годы своей жизни он провел с Ниной Степановной Родионовой, которая выхаживала его после тяжелой болезни, забрав из больницы.

Могила В.Н. Долгорукова (Владимирова) на Донском кладбище в Москве. 2018 г.

По свидетельствам В.В. Перцова и кн. И.П. Долгоруковой, незадолго до смерти у него обострилось чувство страха, он ждал, что за ним придут, и поэтому сжег свой архив, включая написанные воспоминания. Чувство опасности, которое, вероятно, преследовало Владимирова всю жизнь, в конце его жизни развилось до болезненных форм, – в то время, когда ему уже вряд ли угрожала реальная опасность подвергнуться репрессиям.

Текст мемуаров Владимирова, вопреки обстоятельствам, не утрачен. Один экземпляр хранился у С.В. Шервинского, потом достался его дочери, Е.С. Дружининой, и, наконец, вышел из печати в 2010 году под названием «В былой Москве…».

В. Владимиров. В былой Москве

Но тех, кто будет искать в этой книге личные воспоминания В.Н. Долгорукова, ждет разочарование. Книга составлена как пособие для театрального работника, в котором рассказывается о реалиях и жизни Москвы предреволюционных лет. И, хотя этот текст пронизан ностальгией по прошлым временам и носит на себе отпечаток личности писателя, он не является биографическим сочинением и не сообщает новых сведений о жизни В.Н. Долгорукова.

© Мельцин М.О. , кандидат исторических наук, доцент (Санкт-Петербург)

Источники, использованные при написании статьи:

  1. Копия с копии формулярного списка кн. Н.Д. Долгорукова 1899 года // Российский государственный исторический архив. Ф. 1343: Третий департамент Сената. Оп. 46: О пожаловании в баронское, графское и княжеское достоинство. 1800–1916 гг. Д. 352: О возведении в княжеское достоинство рода Долгоруковых.
  2. Архивная справка РГАЛИ № 368/5-4 от 19.06.2012.
  3. Дневник кн. М.П. Долгоруковой. Тетради 1, 2.
  4. Милюков П.Н. Воспоминания (1859-1917) / Сост. и вступ. ст. М.Г. Вандолковской. Комм. и указатели А.Н. Шаханова. М., 1990. (Серия мемуаров «Память»). Т. 1: 1859-1907.
  5. Мельцин М.О. Заурядное и необычное в дневнике княгини Марии Павловны Долгоруковой (1859-1914) // Печать и слово Санкт-Петербурга (Петербургские чтения 2011): В 2 ч. / Сост. и науч. ред. Е.М. Таборисская. Ч. 1: Книжное дело. Культурология: Сб. науч. тр. СПб., 2012.
  6. Туссен А.М. Княгиня Мария Павловна Долгорукова рожденная княжна Голицына (Рукопись). Собрание В.В. Перцова.
  7. Перцов В.В. Потомок Пиковой дамы // Хозяева и гости усадьбы Вяземы: Материалы IX Голицынских чтений 26-27 января 2002 г. Большие Вяземы, 2002.
  8. Электронная копия письма Е.С. Дружининой (дочери С.В. Шервинского) автору от 29.09.2009 // Архив автора.
  9. Удостоверение в выдаче свидетельства об окончании гимназии от 07.06.1912 за № 556 // Российский государственный военно-исторический архив. Ф. 400: Главный штаб Военного министерства. Оп. 9: 4-е отделение поличному составу офицерских чинов. 1915 г. Д. 36264: О производстве нижних чинов и прапорщиков запаса в офицеры; Алфавитный список студентов Императорского Московского университета за 1912-1913 академич. год. М., 1913.
  10. Послужной список кн. В.Н. Долгорукова Свидетельство [о сдаче экзаменов] // Российский государственный военно-исторический архив. Ф. 400. Оп. 9, 1915 г. Д. 36264.
  11. Голицын С.М. Об авторе этой книги: [Предисловие] // Владимиров [Долгоруков] В.Н. Последний консул: Исторический роман. [Изд. 2‑е]. М., 1967.
  12. Долгоруков Пав.Дм. Великая разруха: Воспоминания основателя партии кадетов 1916–1926. М., 2007.
  13. Волков С.В. Офицеры армейской кавалерии: Опыт мартиролога. М., 2004.
  14. Копия метрического свидетельства о браке Московской Спиридоновской, за Никитскими воротами, церкви // Российский государственный исторический архив. Ф. 1343. Оп. 36: О сопричислении к дворянскому состоянию. Литеры K–Ш. 1894-1917 гг. Д. 12971: О дворянстве Крупецких.
  15. Копия метрического свидетельства о рождении и крещении Черниговской духовной консистории со ссылкой на метрические книги Покровской церкви села Сачкович Новозыбковского уезда Черниговской губернии // Российский государственный исторический архив. Ф. 1343. Оп. 36. Д. 12971.
  16. Государственный архив Российской Федерации. Ф. 919: Князья Долгоруковы (Николай Васильевич и его потомки). Оп. 1. Д. 7: Списки тех, кто получил деньги по завещанию княгини Марии Павловны Долгоруковой.
  17. Письмо княгини Ирины Петровны Долгоруковой автору от 24.12.1996 // Архив автора.
  18. Чуйкина С.А. Дворянская память: «бывшие» в советском городе (Ленинград, 1920-1930-е годы). СПб., 2006. (Территории истории; Вып. 1).
  19. Детский писатель Владимиров: сценарий адаптации аристократа в советской культуре // Печать и слово Санкт-Петербурга (Петербургские чтения 2009): Сб. науч. трудов: В 2 ч. / Сост. и науч. ред. Е.М. Таборисская. СПб., 2010. Ч. 1: Книжное дело. Культурология: Сб. науч. трудов.
  20. Белозерская-Булгакова Л.Е. Воспоминания / Сост. и послесл. И.В. Белозерского. М., 1990.
  21. Владимиров [Долгоруков] Влад. 1) Осень: [Стихи] // Гудок – детям: Беспл. прил. к газ. «Гудок». 1927. № 8/9. К № 255. Вс, 06.11.1927. 2) Зима: [Стихи] // Там же. № 10. К № 286. Чт, 15.12.1927. 3) Красной Армии: [Стихи] // Там же. 1928. № 2. К № 42. Сб, 13.02.1928. 4) Март: [Стихи] // Там же. № 3. К № 64. Пт, 16.03.1928.
  22. Владимиров [Долгоруков] В.Н. Маленький театр. [Устройство кукольного театра] / Рисунки автора. М.; Л., 1928.
  23. Владимиров [Долгоруков] В.Н. На опушке: [Стихи для детей] / Картинки М.А. Доброва. М., 1928. ([Книжки-малышки]. № 15); Владимиров [Долгоруков] В.Н. Двор: [Стихи для детей] / Картинки Ап. Мануилова. [М., 1928].
  24. Владимиров [Долгоруков] В.Н. Про лошадей: [Стихи для детей] / Рис. А. Дейнеки. [М., 1928].
  25. Владимиров [Долгоруков] В.Н. На горных кручах: [Рассказ]. М., 1928. (Читальня советской школы); Владимиров [Долгоруков] В.Н. Мятежники: [Рассказ] / Рис. и обл. М.С. Шервинской. М., 1928 (на обл.: 1929). (Читальня советской школы. № 8. 3-й год издания).
  26. Владимиров [Долгоруков] В.Н. Трубка дон Алонсо: [Рассказ] / Обл. и рис. М.С. Шервинской. М., [1929]. (Читальня советской школы. II ступень. 1929 г. № 3).
  27. Владимиров [Долгоруков] В. Н. 1) Две дороги: Повесть. М.; Л., 1929; 2) Сказка про Павлушку да молока кружку / Тит. л. и илл. — Ф. Полещук. [М., 1929].
  28. Владимиров [Долгоруков] В.Н. 1) Джемс Кук / Обл. П. Алякринского. M., 1933. (Серия биографий. Жизнь замечательных людей. Вып. XI–XII); 2) Франклин / Обл. Н.В. Ильина. [M., 1934]. (Серия биографий. Жизнь замечательных людей. Вып. VII–VIII).
  29. Летопись жизни и творчества А.М. Горького. Вып. 4: 1930–1936. М., 1960.
  30. Бальзак О. де. Собр. соч. / Под ред. А.В. Луначарского, Е.Ф. Корша. Т. I–XX. М.; Л., 1933–1947. Т. X: Блеск и нищета куртизанок / Пер. с фр. Б.А. Грифцова, В.Н. Владимирова. Лит. комм. Б.А. Грифцова. Примеч. В.Н. Владимирова. М., 1935.
  31. На книжном прилавке // Литературный Ленинград. 26.08.1935. № 39 (125); Александров В. Новый Бальзак // Вечерняя красная газета. 15.10.1935. № 238 (5148).
  32. Лабиш Э.М. «Женитьба Дардара» или «Прыткий молодой человек»: Водевиль в 1 действии / Пер. с фр. Э. Маттерна. Стихи В. Владимиров. М., 1935. На правах рукописи.
  33. Мамсуров Д. Х. 1) Слава: Рассказ / Пер. с осет. В. Владимирова // Осетинская литература: Литературно-художественный сборник / Сост. Х. Ардоленов, Т. Епхиев, Д. Мамсуров. Ред. и предисл. С. Бритаева и С. Шервинского. М., 1952; 2) Бригадир Габдын: Рассказ / Пер. с осет. В. Владимирова // Там же; Бесаев Т.У. Соседи: Рассказ / Пер. с осет. В. Владимирова // Там же.
  34. Бесаев Т.У. Долг: Рассказ / Пер. с осет. автора и В. Владимирова // Бесаев Т.У. Рассказы и легенды. Орджоникидзе, 1958.
  35. Владимиров [Долгоруков] В.Н. Последний консул: Исторический роман / Предисл. проф. В.Н. Водовозова. М., 1957; То же. Изд. 2-е / Предисл. С.М. Голицына. М., 1967; Vladimirovas V. Paskutinysis konsulas: Istorinis romanas / Verte V. Stravinskas. Vilnius, 1964. [На литовском языке].
  36. Лабиш Э.М. Пьесы / Пер. с франц. [Предисл. и примеч. В. Владимиров]. М., 1959. (Библиотека драматурга). В сборник вошло восемь пьес: «Соломенная шляпка», «Мизантроп», «Путешествие мсье Перришона», «Пыль в глаза», «Птички», «Милейший Селимар», «Копилка» и «Я».
  37. Владимиров [Долгоруков] В.Н. Повесть о школяре Иве. М., 1964.
error: Content is protected !!