Для связи с проектом

29 мая, 2024

Город мёртвых. Исчезнувшие клинцовские погосты

Старые кладбища – это ценный источник исторической информации. Не случайно некоторые погосты признаны государством объектами культурного наследия. Есть даже наука такая – некрополистика, в круг интересов которой, как можно догадаться, входит исследование и сохранение некрополей. На протяжении столетий их облик  менялся, отражая веяния той или иной эпохи. В первую очередь менялись сами надгробия, которые прошли путь от простых земляных насыпей до памятников из гранита, кирпича, бетона и…  железнодорожных рельсов (были и такие конструкции в 20е – 30е годы прошлого века). Конфессиональная принадлежность и  локальные традиции также отличали одни захоронения от других.

К величайшему сожалению, большая часть старинных кладбищ в нашей стране безвозвратно утрачена. В Клинцах ситуация ничем не лучше. Последние пристанища наших далёких предков сравняли с землёй в пору «великих советских строек». Причины для сноса кладбищ находились регулярно, но ни разу на местном уровне не поднимался вопрос об их сохранении или изучении. Политика отношений к дореволюционному прошлому долгое время проходила под лозунгом: «Я плюю на ваши могилы». Это привело к тому, что в Клинцах  ни один комплекс захоронений XVIII – XIX веков не уцелел. Вместе с тем канули в Лету могилы некоторых исторически заметных деятелей. 

В этой публикации было решено пройтись по исчезнувшим некрополям, места которых находятся в современных границах нашего города.

Кладбище у Вознесенской церкви.

Мы специально не будем касаться приходских и единичных захоронений для того, чтобы в дальнейшем уделить им особое внимание.  Пожалуй, единственное исключение стоит сделать для Вознесенского кладбища (располагалось в районе современного переулка Богунского Полка), которое можно назвать одним из старейших, если не самым старым, в Клинцах.

Вознесенская церковь в Клинцах. Фото сделано с колокольни. Начало ХХ века

Если быть точным, оно состояло из двух погостов – нового приходского и старого упразднённого. Единоверческий священник Иоанн Чередников в 1908 г. на страницах Черниговских Епархиальных Ведомостей оставил описание этого места:

Священник Иоанн Чередников. Архив ГАБО

«Весь погост Вознесенской церкви обнесён невысокой каменной оградой, через которую ведут кроме св. Ворот ещё три входа. Общая внешняя картина дополняется прекрасной рощей вокруг обоих храмов из липовых и кленовых деревьев современных по возрасту Вознесенскому храму и двумя каменными зданиями церковных школ прихода, одноклассной мужской и двуклассной женской.

Напротив колокольни храма имеется древнее более ста лет упразднённое приходское кладбище, обнесённое каменной оградой, в северо-восточном углу которого и расположена двухклассная женская школа прихода.

Кладбище это глубоко чтится жителями Клинцов, как самое первое по времени его существования в посаде, так и по тому, что на нём погребены родоначальники основателей Клинцов, много иноков, из коих некоторые знаменитых фамилий, как например княжны Гагариной, проживавшей близ Вознесенской церкви в собственных келиях, называвшихся «княжными». Вековые деревья кладбища свидетельствуют о его глубокой древности, и сравнявшиеся с землёю надмогильные холмики с глубоко врезавшимися в землю могильными камнями наглядно и красноречиво говорят о седой старине этого памятника Клинцовской старины».

Здание бывшего 2-х классного женского училища в Клинцах. 80-е годы. Снесено. Архив ККМ

Если до 1908 года старая часть некрополя и «чтилась глубоко жителями Клинцов», то уже спустя 7 лет современники рисуют совсем иную картину. В 1915 году Борис Почепский, упражняясь в рифмоплётстве, опубликовал в Клинцовской газете следующие строчки:

«Я покажу тебе кладбИще…

Лежат здесь наши могикане;

Лежит купечество, мещане.

Стоят для памяти кресты.

И что же видим мы? Увы!

На кладбИще, как по полю,

Там коров увидишь вволю.

Вот свинья грязнуще рыло

Ткнула в старую могилу…

Пожалуй, мёртвым безразлично,

Но для града неприлично…

А Управе до сих пор

Пора бы смастерить забор!»

 Автор этих виршей ещё не знал, что разрушенная ограда –  всего-то  маленькая оказия по сравнению с тем, что ждало  Вознесенское кладбище в дальнейшем.

С 1918 года согласно Декрету «О кладбищах и похоронах» погостами, в том числе и приходскими, стали управлять местные советы. При этом всё ещё  разрешалось  проводить погребения при церквях и отправлять  культовые обряды, связанные с похоронами.

Вознесенский некрополь продолжал действовать  в первое десятилетие Советской власти. Этот факт подтверждается в Записках Головы города Клинцы Н. В. Филатова, опубликованных  Р.И. Перекрестовым в книге  «Клинцовский летописец. Книга 1. 2007 г.».  

«- 1921 года 30 апреля умер Лука Георгиевич Железников, 82 лет. Был уставщиком Вознесенской церкви не менее 40 лет. Похоронен на Вознесенском погосте…».

В 1922 году Декрет отменили, однако курс на отделения церкви от государства оставался прежним.  Таким же  несгибаемым оставалось желание руководства страны свести к минимуму  роль абсолютно всех религиозных общин.

Взамен декрета вышла инструкция НКВД № 351 «О порядке похорон умерших граждан и пользования кладбищами».   Третий пункт документа допускал к обслуживанию похорон и совершению погребений частные бюро. Правовая лазейка позволяла хоронить покойников согласно конфессиональным традициям.

Принятые 13 сентября 1922 г.  Санитарные правила Наркомздрава предрешили судьбу большинства дореволюционных некрополей, расположенных в городской черте.  Главное требование норматива заключалось в том, что «мёртвые погребаются на устроенных вне города и иных поселений кладбищах». Отступления от инструкции было возможно в особых случаях и только с разрешения Наркомата Здравоохранения, правда желающих бодаться с огромной бюрократической машиной так и не нашлось.  

  Передел ритуальной индустрии государство возобновило в 1929 году, установив новые Правила «Об устройстве кладбищ и порядке погребения». Похоронное дело окончательно перешло в руки органов коммунального хозяйства. А инструкция от 16 октября 1931 г. «О порядке устройства, закрытия и ликвидации кладбищ и о порядке сноса надмогильных памятников» упростила соответствующие процедуры. Гранит и мрамор с могил власти имели право на законных основаниях использовать на свои нужды.

В послевоенные годы, по рассказам старожилов, ничего не напоминало о существовании  Вознесенского кладбища. Часть образовавшегося пустыря занял рынок, на месте «первого по времени» погоста разбили грядки, а кирпичное здание приходской школы приспособили под общежитие обувной фабрики.

Место, где находилось старое кладбище у Вознесенской церкви. Фото автора

Вскоре у города изменились планы на этот кусок земли. В 70-е годы древние могилы  потревожило строительство пятиэтажного дома. При рытье котлована, как говорят очевидцы, рабочие наткнулись на старые захоронения. Это были гробы небольших размеров, возможно детские. О дальнейшей судьбе останков история умалчивает.

Незастроенным остался только южный край старинного некрополя, но ни могильных холмиков, ни надгробных крестов тут давно уже нет.

Старое Зубовское кладбище.

Порядка 100 лет в Клинцах  действовал погост, известный некоторым как «Старое Зубовское кладбище», а мы привыкли называть его «заброшенный Зубовский парк».

Основанное как старообрядческие, на карте 1911 года оно значится уже как “единоверческое”, а это значит, что хоронили там покойников любых течений православной веры.

Фрагмент плана посада Клинцы. В левом верхнем углу – “Старое Зубовское кладбище”. 1911 год. Российская Национальная библиотека

Место, где до сих дней покоится не одно поколение жителей посада Клинцы, имеет богатое прошлое, но формат статьи позволяет затронуть лишь короткий этап его истории.

О старом облике кладбища можно судить по материалам исследователя и краеведа Р. И. Перекрестова.

«Выше Зубовской фабрики, ближе к вершине Зубовского холма, Ратушное правление посада в начале XIX  в. устроило старообрядческое кладбище. Зубовское кладбище к началу ХХ в. превратилось в пантеон почётных и непочётных граждан, споспешествовавших процветанию посада Клинцы. Здесь упокоились старообрядцы промышленники, чиновники, общественники, учителя, врачи, купцы и мещане. Паутина из кольцевых и радиальных кладбищенских дорожек, площадки со скамьями для отдыха, ровные ряды гранитных и базальтовых надгробий, монументальные склепы, никаких железных ограждений, цветы у могилок, кусты сирени, жасмина, эпитафии на камне, выполненные красивым славянским уставом, цитаты из Священного Писания, и над этим печальным великолепием несмолкаемый шелест листвы дубов, лип, плакучих берёз и пение птиц.

Всё это придавало кладбищу прелесть райского убежища для бренной плоти Рабов Божиих, замершей и уснувшей в ожидании Второго Пришествия Спасителя.

Кладбищенская ограда, сложенная из тёмно-красного кирпича с «просветами», наподобие кружева, траурной лентой опоясывала место упокоения».

Кирпичная ограда старообрядческого кладбища в посаде Клинцы. Начало ХХ века. Музей архитектуры имени Щусева

К началу 20-х годов жилая застройка  всё ближе подбиралась к границам некрополя. Это давало формальный повод, опираясь на санитарные нормативы 1922 года, закрыть кладбище. В таком случае циркуляр № 202 НКВД и Наркомзема «О кладбищах и погребениях» от 17 июля 1922г. предписывал «озаботится отводом новых мест для погребения с соблюдением санитарных правил (п.1,2,3, 4)». И такой участок в 1926 году выделил Укомхоз недалеко от Николо-Пустынского монастыря. Следовательно, время закрытия старого Зубовского погоста укладывается в промежуток времени между 1922 и 1926 гг..  Однако отметим, что на схеме земельной записи 1925г. и на карте РККА за 1931г. он всё ещё обозначен как  кладбище.

Старое Зубовское кладбище на карте РККА 1931 год. Архив автора

В 1934 г. некий Наблюдатель со страниц  Труда выступил с инициативой «сохранить парк».

«Закрытое кладбище около фабрики Дзержинского в будущем может быть хорошим парком. К тому же рядом построено новое общежитие рабочих. Но беда в том, что в последнее время жители прилегающих улиц фактически уничтожили кладбище. Вырубается берёзовая роща на дрова. Несмотря на заявления в горсовет и милицию, мер никаких не принимается. Нужно сохранить рощу – будущий парк».

Остаётся только гадать, было ли предложение разбить парковую зону на костях спонтанным порывом рядового жителя Клинцов, или же власти аккуратно подготавливали население города к грядущим переменам.

12 мая 1937 года, как  сообщала городская газета, состоялось открытие парка. «В летнем театре парка установлена звуковая киноаппаратура. Расчищены дорожки, установлены бюсты. В день открытия состоялось массовое гуляние, демонстрировался звуковой фильм «Любовь и ненависть»». Доминантой ландшафтной композиции была скульптура Сталина. При этом многие склепы и памятники на удивление остались почти не тронутыми и соседствовали с площадкой досуга и отдыха.

Памятник Сталину в Зубовском парке в Клинцах. 1936 год. Архив ККМ

Надо отдать должное тем клинчанам, которые сохранили память о своих предках и приходили сюда навестить могилы умерших родственников.

После войны городу было не до парка и уж тем более не до упразднённого погоста. Все силы и средства уходили на восстановление предприятий и жилого фонда. Брошенная территория хаотично зарастала деревьями и кустарниками, превращаясь местами в непроходимые джунгли.

 О старом кладбище вспомнили только в начале 1960-х и то не для того, чтобы его как-то облагородить, а чтобы реанимировать парковый комплекс. Первым делом снесли уцелевшие остатки надгробий.  Взамен им  появились вазоны, фонтан, скульптурные группы животных, танцплощадка и памятник Железному Феликсу. Вопреки ожиданиям,  новая обстановка не очень-то способствовала «окультуриванию» народных масс.  В последние десятилетия ХХ века парк оказался невостребованным и превратился в своеобразную Мекку для маргиналов. 

Среди зарослей умирающего парка Р. И. Перекрестов в 1997 году обнаружил три могильных камня, в том числе надгробие бывшего головы посада Ивана Патрикеевича Машковского (1818 – 1890гг.). Не исключено, что множество подобных артефактов до сих пор остаются укатанными в землю на склонах Зубовского холма.

Надгробный камень И.П. Машковского на Зубовском кладбище 1996 г.

Беспоповское кладбище.

На восточной окраине посада Клинцы, около дороги на Стодол (современный квартал между ул. Пушкина, ул. Крупской, пр. Ленина и ул. Дзержинского) находился ещё один овеянный легендами погост. Чаще всего он упоминается под названием «Беспоповское кладбище», но есть и народные топонимы – «Лысая гора», например, или «Беспоповские могилки».

Беспоповское кладбище в Клинцах. Фото из книги Ф. Евгеньева “Сто лет клинцовской шерстяной промышленности”

Вокруг этого поистине загадочного объекта вращается множество слухов и домыслов, большинство из которых родилось в ХХ столетии. Начнём с того, что сам термин «Лысая гора» в поверьях восточнославянских народов тесно связан с шабашами ведьм и прочей нечисти.  В период новейшей истории так, шутя, могли именовать места тайных сборищ. Собственно, к сборищам мы еще вернёмся.

В советское время можно было услышать версию, что кладбище это предназначалось для умерших некрещёных младенцев и самоубийц, которых церковь не отпевала, поэтому похороны таковых проводились без участия священнослужителей – «без попов». Очевидно, в этом случае слово «беспоповское» рассказчики понимали буквально и трактовали на свой лад.

Во время забостовок 1905-1906гг. “Лысая гора” была местом собрания бастующих рабочих Барышниковской фабрики. Р.И. Перекрестов в своем исследовании, посвященном забастовкам той поры приводит воспоминание одного из рабочих: “Там было много безымянных могилок, но рядом с одной могилкой на сосне была иконка, вросшая в ствол дерева. Старообрядцы молились перед этой иконкой, клали три поклона и отправлялись на забастовку“. Старообрядцы поддерживали требования рабочих, пока не возникли лозунги “Долой царя и самодержавие”. Эти требования шли вразрез с мировоззрением приверженцев старой веры.

Достаточно спорную историю, связанную с погостом на Лысой горе, приводит М. С. Морозов, описывая «кровавые похождения» Фрумы Хайкиной-Щорс 1918 – 1919гг. в освобождённых от кайзеровских войск Клинцах:

«Арестованных расстреливали мелкими группами, сначала на лугу позади Городского парка, а затем на Лысой горе на беспоповском кладбище, и тут же хоронили». (Р. И. Перекрестов. Клинцы, год 1917-й, книга II, 2017г.)

Беспоповский некрополь без сомнения скрывает в себе много тайн и по-прежнему остаётся малоизученным. Но если откинуть излишнюю мифологизацию и чертовщину, то и о нём есть, что поведать.

Как все мы знаем, первопоселенцами в Клинцах были приверженцы древлеправославной веры. Но всё-таки их убеждения отличались друг от друга. Уже в конце XVII века само старообрядчество стало дробиться на многочисленные течения, среди которых принято выделять две основные группы: поповцы и беспоповцы. В отличие от первых, беспоповцы не признавали священство. По этой причине к свершению церковных таинств (Крещение, Миропомазание, Покаяние и др.) допускались миряне.

Триста лет назад в слободе Клинцы, как и в соседней Ардони, беспоповцев представляла община поморского толка. Жили они обособленно, «ни в какие заработки не употребляли местных беглопоповцев и православных, не давали милостыни и даже из хат выгоняли».

Вот как описываются некоторые особенности похорон поморцев в книге церковного историка М. И. Лилеева « Из истории раскола на Ветке и в Стародубье XVII – XVIII вв.»:

«А погребают мертвых сами собою, только взымают с гробов землю и к заграничным раскольничьим попам для поминовения и разрешения умерших возят, и обратно тую на гроба привезши посыпают…

Особливо же по умершим в беспоповщине того расколу людям деньги на поминовение по домам разносят и по окошкам накладают с объявлением умершего имени».

Панихиду по умершим вместо священников служили так называемые «старички».

На фундаменте беспоповства в Клинцах зародилась секта коликовцев, что ещё больше насторожило и духовное, и светское сообщество. Не удивительно, что представители других конфессий усматривали в этом «тьму и суеверия».

Погост беспоповцев вполне можно отнести в разряд старейших некрополей посада. Если отталкиваться от газетных публикаций начала ХХ века, то выходит, хоронить здесь перестали где-то ближе к концу XIX столетия.

Вскоре среди оплывших могильных холмиков рабочие  фабрик устроили импровизированный гайд-парк для митингов и собраний. В разгар революции 1905 г. на Лысой горе состоялась крупнейшая по тем временам сходка клинцовского пролетариата, на которой был избран посадский стачечный комитет.

Заметка в Клинцовском “Труде”. 1924 год. РНБ

Несколько десятилетий погост не использовался по прямому назначению, при этом статус кладбища за ним по-прежнему сохранялся. Сигналом к ликвидации некрополя послужила статья, вышедшая в февральском номере Труда за 1924 год:

«Собственно говоря, тот пустырь, который лежит по дороге на Стодол, только носит название кладбища. Последний раз на этом месте хоронили лет 40 тому назад.

В Клинцах уже нет места для желающих ставить усадьбу… «Беспоповское кладбище» ни за каким приходом не числится. Площадь принадлежит городу, который нуждается в земле, а допускает такие пустыри».

По периметру Лысой горы, опоясывая центральную часть кладбища, в 1927 г. вырос компактный посёлок «Красный текстильщик».  Акты приёмки домов отмечают жалобы новосёлов на сырость и холод в квартирах, словно что-то потустороннее не давало житья на этом месте.

Забегаевские кладбища.

В первой половине ХХ века населённые пункты, чьи земли непосредственно примыкали к Клинцам, влились в состав города. Практически у каждого из них имелся свой некрополь, а то и два. Так в деревне Забегаевка было одновременно  Еврейское кладбище (находилось  между современных улиц Декабристов, Октябрьской, Багинскои и ул. Щорса) и Русское (район современной ул. Щорса и начала ул. Красина).  Они отличались от обычных сельских цвинтеров обилием каменных надгробий. Оба появились не ранее XIX в., и оба исправно работали вплоть до своего закрытия.

Главным козырем, сыгравшим против них, стали Санитарные правила 1922 года. Бумага из Наркомздрава послужила универсальным аргументом на все возражения недовольных граждан.

Клинцовский “Труд”. 1927 год. РНБ

Официально решение закрыть кладбища Горсовет утвердил в 1926 году, предоставив территорию для похорон на окраине города.  «Как бы не так», – сказали жители Клинцов и продолжали хоронить умерших на старых местах. Чтобы остановить стихийные погребения на Еврейском кладбище, городская администрация пошла на некоторые уступки и выкроила отдельный участок для последователей иудаизма. До этого предполагался один общий городской некрополь без разделения по религиозным признакам.

Застройка Еврейского кладбища стартовала в 1930-е годы. Ещё не успели полностью сравнять могилы и разрушить кладбищенскую ограду, как началось возведение домов со стороны ул. К. Либкнехта (совр. ул. Октябрьская).  Это хорошо просматривается на аэроснимке 1943 г.

Забегаевские кладбища в Клинцах. Аэрофотосъемка “Люфтваффе”, 1943 год. Архив автора

Окончательно Забегаевские кладбища исчезли в 1960-х в связи с планировкой нового микрорайона в этой части города.

Гранитное надгробие с Русского погоста автор статьи видел в конце прошлого века на одном из участков по улице Урицкого. Фрагмент могильной плиты с текстом на иврите, вероятно происходящий с Еврейского кладбища, находится в селе Смолевичи.

Надгробие с еврейского кладбища в Забегаевке. Село Смолевичи, Клинцовский район. Фото автора

Погосты д. Стодолы и д. Дурни.

Деревня Дурни (Туросна), как и соседняя деревня Стодолы, известна в письменных источниках с XVIII века. Погосты этих небольших селений в первую очередь предназначались для православных. С распространением единоверия среди клинчан ворота кладбищ открылись и для единоверцев.

Дурняцкий некрополь был вынесен за пределы деревни и располагался на высоком левом  берегу реки Туросна Картавая. Стодольцы же хоронили на склоне правого берега речки, в том месте, где сейчас находится спасательная станция МЧС.

Стодольское кладбище на карте XIX века. Архив автора

Веками местные жители чтили традиции и соблюдали правила поведения на кладбище. Перемены не в лучшую сторону отмечены в документах времён Гражданской войны и военного коммунизма.

«Неоднократно замечалось, что в окрестностях пос. Клинцов на кладбищах и площадях граждане целыми группами увлекаются азартной картёжной игрой на деньги».

Такая «мода» привела в бешенство даже уездного военного комиссара А. И. Фещенко, который 2 сентября 1919 г. издал Приказ № 79 по Гарнизону пос. Клинцов:

«Принимая во внимание растравляющее действие этой игры на Гарнизон п. Клинцов, означенную игру ПРИКАЗЫВАЮ ПРЕКРАТИТЬ.

Виновные в неисполнении сего будут привлекаться к ответственности, а деньги, обнаруженные у игроков и присутствующих во время игры, будут конфисковываться на культурно-просветительные цели».

По дороге на Дурняцкое кладбище. Фото начала ХХ века. Архив Евгении Маркарян

Не то чтобы комиссар, периодически грозивший клинчанам расстрелом, был обеспокоен судьбой погостов и соблюдением кладбищенского этикета, его волновало лишь «растравляющее действие этой игры на гарнизон». Если бы, допустим, играли без финансовой составляющей, то острой реакции со стороны власти, скорее всего, не последовало.

Дурняцкое кладбище слева на возвышенности. 1950-е годы. Архив В.М. Пугачева

 Практически синхронно с Забегаевскими кладбищами во второй половине 1920-х годов упразднили Стодольский и Дурняцкий погосты. Да, Горсовет мог наложить запрет на проведение похорон, но запретить гражданам почитать прах своих близких было невозможно. Только с каждым годом людей таких становилось всё меньше и меньше. Последний раз стодольские могилки навещали  на Радоницу в 80-е годы ХХ века.

В 1960-е бывшее Дурняцкое кладбище уничтожила постройка завода ЖБИ и площадка радиозавода. А на склоне заброшенного Стодольского кладбища в самом начале 90-х появилась спасательная станция.

 Истории дореволюционных некрополей Клинцов в большинстве своём похожи друг на друга, но есть пример необычного кладбища, чей возраст не так уж и велик.

Продолжение следует…

© Павел Чирков

error: Content is protected !!