Как всегда, летом, в пору дач, отпусков и путешествий команда Хроноскопа отправляется на творческие каникулы. Однако история не подстраивается под наш отдых и в любую минуту может напомнить о себе.
Перед началом очередного сезона публикаций мы обсуждали будущие темы, между делом просматривая материалы, которые совсем недавно нам предоставил Орловский музей. Квест начался с фотографии 1936 года. На снимке кусочек парка фабрики им. Ленина (бывшие угодья фабрикантов Барышниковых). В центре, как нам казалось, хорошо знакомая фонтанная группа – «мальчик и девочка под зонтиком». По необъяснимой причине картинка в тот вечер не отпускала наше внимание. Что-то в ней было не так.
Фигуры детей отличались от всех известных нам советских изваяний города.
— «Явно не пролетарский сюжет».
Действительно, ни одежда, ни причёски, ни трогательная поза не увязывались с эпохой революционного быта и коммунистических перемен. Где взгляд, устремлённый в будущее, где суровые лица, выражающие готовность к любым испытаниям, где закалённые физическими нагрузками атлетические тела? Вместо них – пухленькие, милые, кукольные малыши, каких изображали на открытках Российской империи.
Внутренний голос подсказывал – Ребятки, не расслабляйтесь, ройте, вы на верном пути. И в считанные минуты мы смогли отыскать полный аналог стодольской композиции. Более того, их оказалось несколько, причём в разных городах.
На территории Струковского сада Самары фонтан появился на рубеже XIX и XX веков. Самый младший из атрибутированных нашёлся в Челябинске (1909 или 1910 гг.). Но сделала знаменитой «юную даму с кавалером», пожалуй, крымская деревушка Гурзуф.
Здесь во второй половине XIX столетия крупный промышленник и миллионер Пётр Ионович Губонин устроил курорт на европейский манер, с комфортабельными гостиницами, обширным парком и фонтанами. Морской воздух и необычайная красота притягивали сюда множество состоятельных туристов.
Открытые письма и фотокарточки с видами Гурзуфа тысячами разлетались по всей стране и за её пределы. В числе достопримечательностей крымского побережья нередко встречается изображение клинцовского «близнеца» с надписью «Фонтанъ «Первая любовь»». Хотя изначально скульптура называлась иначе, но об этом расскажем чуть позже.
Русская поэтесса Ольга Николаевна Чюмина (1865 – 1909 гг.) одно из своих произведений, выпущенных в сборнике «Новые стихотворения. 1898 – 1904», посвятила «Первой любви».
«Первая любовь.
Жеманный век веселья и затей,
Век пудры, фижм и шитого кафтана,
Как живо ты, в лице двоих детей,
Представлен группой бронзовой фонтана.
Дождь начался, и юный кавалер,
Домашнюю предупреждая драму,
Под зонтиком ведёт малютку даму,
Беря с других вздыхателей пример.
А девочка, надув серьёзно губки
И подобрав края короткой юбки,
Касается слегка его плеча
Головкою. С их зонтика журча
Бежит вода, как струйки дождевые,
Черты детей сияют, как живые,
И кажется: в лице играет кровь,
Блестят глаза… О, первая любовь!
А на скамье, от группы недалёко
Два зрителя сидели одиноко.
Над дамою седою антука
Раскрыл старик, сиянья дня желая
Смягчить для глаз, и дама пожилая,
С улыбкою взглянув на старика,
Державшего над нею зонтик в клетках,
На ус его, седеющую бровь,
Со вздохом взор остановив на детках,
Задумалась… Последняя любовь».
Прототипом серийной «парочки влюблённых» считается работа известного скульптора Фёдора Фёдоровича Каменского (1836 – 1913) – «Дети под дождём».
Вначале он сделал её из гипса, затем повторил в мраморе. Оригинал появился на свет в Италии в 1869 году. А вот его копии из металла хорошо прижились среди аллей российских парковых комплексов.
Заказы на производство фонтанной скульптуры получал питерский литейно-механический завод, основанный выходцем из Пруссии Францем Карловичем Сан-Галли.
Фигуры мальчика и девочки отливались из чугуна. По крайней мере, на одном из уцелевших образцов (г. Пушкин) есть клеймо «Ф. Санъ – Галли». Кстати, этот же производитель изготовил ажурные ворота для Зимнего дворца, те самые, которые облепили бунтующие солдаты и матросы в кинокартине Эйзенштейна.
Есть данные, что кроме «Сан-Галли» «Первую любовь» делали в мастерских цинко-литейного завода Георга Поля в Москве. Оба предприятия славились качеством своей продукции.
Фонтаны этой серии выпускались, как минимум, двух видов. Первые (вероятно самые ранние и простые версии) крепились к плоской основе, как в Гурзуфе. Вторые (усовершенствованные) (Челябинск, Сарапул) имели полую усечённо-коническую подставку с четырьмя сквозными вырезами внизу, в которые были вставлены цветные стёкла.
Внутри этой конструкции пряталась мощная электрическая лампа. В тёмное время суток водяные потоки подсвечивались красным, зелёным, синим и жёлтым. Феерическое зрелище по меркам начала ХХ века.
Вот такой электрифицированный фонтан с «цветомузыкой» и находился в Стодольском парке. Судя по фотографии из Орловского музея, можно предположить, что до середины 30-х годов родная подсветка не дожила, и тогда её заколхозили, развесив лампочки на самодельные подпорки по периметру фонтанной чаши. Примерно тогда же изменилось и платье девочки. Его перекрасили в светлый тон.
Убедиться, что именно «Первая любовь» украшала Стодол, было только разминкой. Оставалось решить главный ребус этой истории – когда и при каких обстоятельствах она там появилась.
Впервые наличие фонтана в окрестностях посада Клинцы зафиксировала фотография конца XIX века. Он располагался в компактном уютном скверике между старым особняком Барышниковых (не сохранился) и промышленной частью их усадьбы.
В теории, хозяева могли переместить скульптурную группу вглубь парка, когда расширяли фабричный сектор. К сожалению, из-за плохого разрешения фото нельзя ничего сказать про детали оформления того фонтана, но очевидно, что это не «мальчик с девочкой под зонтом». Отличие уже заметно в основании. Вдобавок, на картинке струи воды расходятся к самым краям чаши, а не плавно стекают вниз по куполу зонтика, как на открытках Гурзуфа.
Этот же фонтан или его остатки в виде круглой клумбы на прежнем месте отмечены на схеме «Владений Товарищества В. Барышникова Сыновей», датируемой подписью главного механика фабрики Ивана Петровича Никитина 1914 годом. Новых декоративных гидротехнических сооружений на плане не указано. Зная педантичное отношение Ивана Петровича к своей работе, нет повода сомневаться в достоверности чертежа.
Семья Никитиных с 1905 по 1916 годы проживала в непосредственной близости с парком и была свидетелем всех преобразований в округе. Дочь главного механика Надежда Ивановна Якушева оставила воспоминания о жизни в Клинцах. В её книге мы не нашли ни малейшего намёка на «Первую любовь».
Мятежный 1917 год с его политическими и финансовыми потрясениями был не подходящим моментом, чтобы тратить деньги на улучшение архитектурного ансамбля в парке, тем более для таких рациональных людей, как Барышниковы.
Маловероятным, на наш взгляд, кажется монтаж такой сложной конструкции в период с 1918 по 1924гг., когда фабрики и заводы в Клинцах сами едва сводили концы с концами. Вспомним, что после смерти Ленина, на памятник вождю жители долго скидывались по крохам. У города на эти цели средств попросту не нашлось.
В 1936 г. фонтан уже выглядит ветхим. Отвалившиеся куски бетона, въевшаяся плесень на стенках чаши, нештатная подсветка на деревянных колышках. Не похоже на то, что это свежее сооружение.
Таким образом, появление «Первой любви» в парке ограничено 1916 годом либо серединой – второй половиной 1920-х годов.
А теперь перейдём к версиям. Поскольку нигде нет данных о возобновлении серийного производства «Детей под дождём» при Советах, а все известные экземпляры выпущены в конце XIX –начале ХХ вв., то, скорее всего, наш фонтан появился на Стодоле с подачи кого-то из Барышниковых примерно в 1916 году.
При этом не исключено, что скульптуру «экспроприировали» с чьей-нибудь усадьбы и перетащили в парк фабрики им. Ленина уже после революции, где-то во второй половине 20-х годов прошлого столетия.
Есть ещё один сценарий, полумифический. В Челябинске и в Сарапуле бытуют неподтверждённые легенды, чуть ли не слово в слово передающие один и тот же сюжет. Будто бы у одного богатого купца погибли дети (утонули). В память о них безутешный родитель поставил фонтан с фигурами мальчика и девочки, прячущихся от дождя.
Кроме абсолютно идентичной скульптурной группы печальную байку с Клинцами объединяет реальный факт. Ранее упоминаемый Иван Петрович Никитин был авторитетным человеком на фабрике Барышниковых и заслуженно пользовался уважением её хозяев. При его участии «Товарищество Василия Барышникова Сыновья» успешно развивало свою деятельность. За время службы у фабрикантов семья Никитиных похоронила двух детей. Вполне допустимо, что Иван Петрович, навсегда покидая Клинцы в 1916 году, также захотел увековечить образ умерших младенцев недалеко от прежнего места жительства.
Удивляет и другое – как оголтелые активисты не снесли атрибут «буржуйской» роскоши при Советской власти, как не сдали на металлолом в первую же пятилетку страны. Наоборот, горожане ухаживали за ним по мере сил и поддерживали в рабочем состоянии.
По счастливой случайности фонтан уцелел при бомбёжках в годы оккупации. После Великой Отечественной «деткам» поправили зонт и водрузили на его вершину удлинённую трубку с насадкой. Но и будучи не совсем умело поновленной, чугунная парочка на Стодоле всё также оставалась популярна у местных жителей, об этом говорит множество любительских снимков на её фоне. Зачем понадобилось сносить эту прелесть?
До сих пор не ясно, куда исчезла скульптура. В начале 1980-х вместо «Первой любви» гостей парка встречала горка позеленевших булыжников и уныло торчащая из неё лейка. Площадка для культурного отдыха к исходу второго тысячелетия так же медленно превращалась в нечто среднее между свалкой и отхожим местом.
В 2000-е под угрозой существования оказался и сам парк, вернее, его остатки. Тут не обошлось без «сарафанного радио». Поговаривали, будто бы здесь собрались построить очередную коробку торгового центра либо же воткнуть безликие высотки «человейников». Особенно переживали местные старожилы, чьи яркие моменты прошлого связаны с этим местом.
Слухи слухами, а всё же этой весной за бывшим клубом Ленинки загудела тяжёлая строительная техника. Как оказалось, судьба парка была решена в 2024 г. на IX Всероссийском конкурсе лучших проектов создания комфортной городской среды. Парк остаётся парком.
Признаться, мы не ожидали увидеть на плане объекта фонтан, тем более приближенную реконструкцию «Первой любви». Да, это не подлинник и не точная копия, но было приятно осознавать, что авторы проекта при его составлении учли маленькую историческую деталь. Снова напротив особняка Барышникова «…юный кавалер… под зонтиком ведёт малютку даму». Снова «Первая любовь» вернулась в Клинцы.
© Павел Чирков © Вячеслав Федоров
Авторы благодарят Орловский государственный краеведческий музей и главного хранителя фондов Татьяну Анатольевну Кострову, Клинцовский краеведческий музей и директора Полыновскую Любовь Анатольевну за помощь в подготовке статьи.
